Как я уже говорил ранее, мне довелось служить в ту переломную эпоху, когда правительство наконец то вспомнило про армию, и стало лихорадочно исправлять сложившуюся за лихолетье 90-х печальную ситуацию.
И одним из результатов этой деятельности стала "свежая кровь" - новые офицеры. А с ними и новые проблемы.
До сей поры, командный состав состоял из матерых волкодавов, прошедших горнило войн и локальных конфликтов, и службу прохававших от и до. Естественно, зеленые летехи на их фоне смотрелись бледно. Кое кого из них это задевало.
Попытки доказать, что они тоже "ого-го!", а где-то даже "эге-ге!" само собой приводили к массе комичных и не очень ситуаций.
Особенно на данном поприще выделялся лейтенант, ну, скажем, Деревянко, получивший от старших товарищей прозвище "Воланчик", за свою неподражаемую манеру ношения шинели.

Мы же, между собой, кликали его "Хуев Рейнджер" - в честь "Техасского Рейнджера", кассета с похождениями которого попала в часть одновременно с Деревянко.
Дело в том, что он, производя смену караула, двигался по тропе вдоль периметра с рукой у кобуры, как ковбой готовящийся к выстрелу.
Для тех кто не в курсе - кобура от "Макарова", не предназначена для быстрого выхватывания оружия в стиле "дикого запада", поэтому сие есть чистой воды позерство. Хотя, возможно, он просто боялся проебать казенный пистоль, и постоянно проверял его наличие.

Во время одного из таких караулов и приключилась сия история. Подходя к вышке мы заметили, что стоявший на ней рядовой, назовем его Бабаев, хоть и стоит вертикально, но слегка и довольно ритмично покачивается. Это означало, что он успешно освоил ценный для всех солдат навык спать стоя аки конь.
Деревянко это тоже заметил, и приказав нам замереть начал подкатываться к вышке, что бы словить нарушителя, так сказать, с поличным.
Вообще, подкрадываться к вооруженному человеку идея, честно сказать, так себе. Я пытался сказать об этом лейтенанту, но получив в ответ угрожающее шипение на тему: "Не указывай старшим по званию, щенок.", вздохнул, и кивнув остальным караульным укрыться, принялся наблюдать за развитием событий. Все были солидарны в том, что добром это не кончится.
Деревянко медленно, что бы не спугнуть, забрался на вышку, и убедившись, что глаза Бабаева плотно закрыты, радостно заорал: "Ага!"

Тут надо сказать, что Бабаев был новобранцем. Был бы на его месте кто-то из старшего призыва, история из комичной стала бы трагичной, ибо обращению с оружием нас учили, как я уже сказал, матерые волкодавы, обладавшие богатым боевым опытом, и преподававшие строго то, что надо, чтобы остаться в живых.
Так что оружие нами применялось чисто на рефлексах: когда я, после Армии, пришел в набиравший тогда обороты страйкбол, на меня все очень обижались за привычку, во время внезапного столкновения с противником, делать две короткие очереди - в грудь и голову. На случай если противник в бронежилете.
Но Бабаев еще не успел приобрести соответствующие смертоносные рефлексы. Зато в нем, с перепугу, проснулась кровь предков: издав высокий, почти бабский визг, перешедший в обезьянье уханье, он развернулся, и схватив автомат за ствол как дубину, обрушил его на голову лейтенанту.
Спасло Деревянко то, что по случаю очередного усиления, всем, включая разводящих, приказали ходить в караул в бронежилетах и касках. Однако, Бабаев был тоже не пальцем деланный, и вдарил, что называется, от души - опрокинувшись назад, Деревянко выпал с вышки и съехал по лестнице, со звуком "Бом-бом-бом" пересчитывая каской ступеньки.
Остальной караул убедился, что дух "Большой Волосатой Обезьяны" покинул Бабаева и пошел смотреть, не отъехал-ли лейтенант в страну "Хорошей Охоты". К счастью все обошлось - Деревянко был просто в глубоком ауте.
Его срочно отправили в госпиталь с расплывчатым диагнозом: "Навернулся с вышки", где диагностировали сотрясение и обещали поставить на ноги и вернуть как нового.
Комбат, этому почему-то, не обрадовался, и заявил, что предпочел бы сдать дурака по гарантии. Врачи шутку оценили, но сказали что лейтенант с механическими повреждениями, так что на него гарантия не распространяется.

А Бабаев был снят с караула, получил десять нарядов вне очереди и оставлен на месяц без увольнений. Не за то, что дал по башке разводящему, а за то, что использовал огнестрельное оружие как дубину. Ну и спал на посту, вдобавок.