— Петя, домой! — громко позвала женщина с балкона из дома напротив. - Я кому говорю! Ужин стынет!
— Щас, — пробурчал пацанчик в зеленых шортах и вперевалку вошел в подъезд.
— А я с младых, можно сказать, ногтей приучился вовремя приходить вечерами домой, — сказал мне друг детства Владик. — Бабушка приучила.
— Че, в угол ставила?
— Если бы! — вздохнул Владик. — Ты же помнишь мою покойную бабушку?
— Она у тебя вроде казашка была?
Магрипа-апа всегда ходила с покрытым белым платком головой, в длинном, до пят, зеленом платье, и по-русски говорила хотя и бойко, но с непередаваемым акцентом. Например, она произносила не «шофёр», а «шопЕр» (то есть букву «ф» выговаривала как «п»). Не давалась Магрипе-апа почему-то и буква «в». Их соседа Володю она звала Болёдя.
— Ага, — подтвердил Владик. — Казашка. А дед хохол.
Владик внешне пошел в свою бабку-казашку: темноволосый, скуластый, с прищуренными глазами. Впрочем, я никогда не задумывался о его национальности, как и он, полагаю, о моей. У нас был общий двор, общая компания, общие игры, а больше нам ничего и не нужно было. И когда наша семья переехала из райцентра в город, мне очень не хватало той нашей развеселой компании, и в первую очередь Владислава.
— Однажды мои родители уехали на свадьбу к родственникам, — продолжил свой рассказ мой друг детства. — Учебный год уже начался, так что дома остались я и бабушка Магрипа. И вот я в первый же день заигрался у нас во дворе и забыл, что надо идти на ужин. А бабушка раз позвала меня с балкона, два. А я ноль внимания. И тогда бабуля как гаркнет на весь двор:
— Блядик, иди кушить домой! Кушить стынет! Бляяядик, домооой!
Я помчался домой как ошпаренный, лишь бы бабушка замолчала. А как мне потом пришлось биться с пацанами, чтобы они перестали называть меня Блядиком…
Отсмеявшись, я приобнял Владислава за плечи:
— Ну что, дорогой мой…
— Только попробуй передразнить мою незабвенную бабушку, убью! — тут же перебил меня друг детства.
-…Дорогой мой Владислав, пошли за стол! — продолжил я. — У меня родился тост: за наших милых бабушек.
— Это можно, — облегченно вздохнул Владик. — Пошли!
— Слушай, а она не пробовала тебя называть не укороченным, а полным именем? — невинно спросил я, когда мы выпили еще по граммулечке.
— Это как? Блядислябом, что ли? — обиженно переспросил Владик. Первым под стол пополз я…