Фотография сделанная в Саркофаге Чернобыля рядом с самой радиоактивной субстанцией на земле с излучением более 10 000 рентген в час
Долгое время по интернету гуляла эта фотография с различными объяснениями происходящего на ней. Конспирологи и уфологи говорили о призраках рабочих, случайно запечатлённых на фотоплёнку. Другие говорили, что это всё монтаж и подделка, потому что фотограф просто не мог выжить после съёмки больше пары минут и, следовательно, вынести эту фотографию на улицу.

А всё потом что, на фотографии запечатлено в виде гриба, выросшего из пола, крупнейшее скопление, вероятно, самого токсичного вещества, когда-либо созданного человеком. Это ядерная лава или кориум. Без системы охлаждения радиоактивная масса ползла по энергоблоку в течение недели после аварии, вбирая в себя расплавленный бетон и песок, которые перемешивались с молекулами урана (топливо) и циркония (покрытие). Эта ядовитая лава текла вниз, в итоге расплавив пол здания. Когда инспекторы наконец проникли в энергоблок через несколько месяцев после аварии, они обнаружили 11-тонный трёхметровый оползень в углу коридора парораспределения внизу. Тогда его и назвали «слоновьей ногой».

В течение последующих лет «слоновью ногу» охлаждали и дробили. Но даже сегодня её остатки всё ещё теплее окружающей среды на несколько градусов, поскольку распад радиоактивных элементов продолжается. «Слоновья нога» изначально «светилась» более чем на 10 000 рентген в час, что убивает человека на расстоянии метра менее чем за две минуты.

В течение дней и недель после аварии на Чернобыльской атомной электростанции 26 апреля 1986 года просто зайти в помещение с такого же кучей радиоактивного материала — её мрачно прозвали «слоновья нога» — означало верную смерть через несколько минут. Даже десятилетие спустя, когда была сделана эта фотография, вероятно, из-за радиации фотоплёнка вела себя странно, что проявилось в характерной зернистой структуре.

Ещё более удивительно, что человек на фотографии ещё жив. Это Артур Корнеев — инспектор из Казахстана, который занимался образованием сотрудников, рассказывая и защищая их от «слоновьей ноги» с момента её образования после взрыва на ЧАЭС в 1986 году, любитель мрачно пошутить. Последним с ним разговаривал репортёр NY Times в 2014 году. Он скорее всего, посещал это помещение чаще, чем кто-нибудь другой, так что подвергся, пожалуй, максимальной дозе радиации. И эту фотографию он сделал сам, установив на штатив и поставив длинную задержку при съёмке. От чего на фотографии видны следы его налобного фонаря, а также зернистость из-за высокого уровня радиации.

Для Корнеева это конкретное посещение энергоблока было одним из нескольких сотен опасных походов к ядру с момента его первого дня работы в последующие дни после взрыва. Его первым заданием было выявлять топливные отложения и помогать замерять уровни радиации. Вскоре после этого он возглавил операцию по очистке, когда с пути иногда приходилось убирать цельные куски ядерного топлива. Более 30 человек погибло от острой лучевой болезни во время очистки энергоблока. Несмотря на невероятную дозу полученного облучения, сам Корнеев продолжал возвращаться в спешно построенный бетонный саркофаг снова и снова, часто с журналистами, чтобы оградить их от опасности.

Его нынешнее занятие неизвестно. Когда Times нашло Корнеева полтора года назад, он помогал в строительстве свода для саркофага — проекта стоимостью $1,5 млрд, который должен быть закончен в 2017 году. Планируется, что свод полностью закроет Убежище и предотвратит утечку изотопов. В свои 60 с чем-то лет Корнеев выглядел болезненно, страдал от катаракт, и ему запретили посещение саркофага после многократного облучения в предыдущие десятилетия.

Впрочем, чувство юмора Корнеева осталось неизменным. Похоже, он ничуть не жалеет о работе своей жизни: «Советская радиация, — шутит он, — лучшая радиация в мире».