В детском доме я работаю пять лет. Когда устраивался, сюда как раз Пашу доставили. Тогда у него ещё не было имени – придумывали всем персоналом, вместе с медсёстрами и уборщицами. Нашли мальчика на улице, завернутого всего в две пелёнки. Потом нашли его маму. Она вышла из колонии на следующий год. Паша до сих пор живёт с нами.

У этого ребёнка голубые глаза и светлые волосы. В благотворительных организациях таких называют идеальная приманка. Ещё одно важное условие – возраст до пяти лет. Человек, который сказал мне это, улыбался во весь рот, но в глазах не радость блестела. Циничная это работа - искать деньги, просить, клянчить, получать отказы, и всё-таки находить способ помочь детям.

Позже я сам убедился, блондины с голубыми глазами вызывают большую симпатию, а значит, и сострадание. Когда люди видят фотографию Паши, они хотят помочь ему, помочь всем детям. Сюда приходят, чтобы усыновить ребёнка, и первым на кого обращают внимание – это тоже он, наша идеальная приманка. Женщины идут к нему посюсюкать. Они говорят: «Этот мальчик просто ангел!». Потом замечают положение ног, неестественно выгнутую спину, понимают, что он не может ходить. Они играют с Пашей какое-то время, и он смеётся, он смеётся так часто. За пять лет я научился не отводить глаза. Потенциальные родители узнают, что такое ДЦП и уходят, а Паша остаётся с нами.

Два дня назад ему исполнилось пять лет. «У приманки истёк срок годности», - сказал мой приятель, и на этот раз он не улыбался. Потом мы собрали все счета и чеки. На Пашу всегда собиралось больше денег, с избытком, который шёл на помощь другим ребятам. Благодаря тому, что люди любят голубоглазых детишек, был спасён не один ребёнок вне зависимости от цвета глаз, волос и кожи.

Мой друг сказал: «Наш Паша, и в правду, ангел».

Да, ангел. Это слово мне нравится.