В 1979 году в СТАНКИНе немецкий язык нам преподавала настоящая немка. Знала, наверное, все диалекты. В подгруппе нас было 5 человек, все «по нулям» с ее слов. Когда она поняла, что по учебнику нас учить бесполезно, немка стала нас учить разговаривать. Занималась с нами увлеченно, сверхурочно, терзала неимоверно. Мы со временем втянулись в обучение и на занятия ходили с удовольствием. Через год все свободно общались с настоящими немцами на «ихней мове», смотрели немецкие фильмы, понимая все. Так получилось, что продолжать учиться мне пришлось в другом городе. На первом же занятии по немецкому языку преподавательница вызывает меня к доске (я первый по алфавиту) и предлагает разобрать (что-то по грамматике) фразу из учебника. Смотрю в учебник – знакомая ситуация по СТАНКИНу. Говорю по-немецки: — Немцы так не говорят.
В ступоре уже учительница. Вышла из ступора и мне по- русски ехидно:
— А как, по-вашему, говорят немцы?
И я ей выдаю эту фразу из учебника по-берлински, по-баварски и по-швабски. До конца пары она меня не замечала.
На следующем занятии она попросила у меня зачетку, поставила «отлично» за экзамен (на 2-м курсе вместо четвертого):
— Иди, не порть мне студентов.