начало

НОВЫЙ ГОД И ЕЩЁ ОДНА ЗАВУЧ
Всего было четыре завуча, две нормальные и две наоборот. Одна из них та, что учила меня рисовать оценки, а вторая – ещё более неприятная, почти копия директрисы, женщина с удивительным умением унижать людей. Худшим наказанием для любого учителя было отправиться к ней на беседу. Она не давала уйти, даже когда начинался урок.
И вот что она вытворяла на Новый год. Устроили дискотеку. Учителей отправили (меня тоже) в холл возле входа, отлавливать пьяных детей. Хватали, тормошили, допрашивали. Я читал книжку. К дискотеке я подготовился, набрал музыки. Но был ди-джеем не долго. Представьте себе зрелище: темнота, огонёчки, медляк, кто-то, может, весь год этого ждал, чтобы подойти к однокласснице… и тут – БАХ! – завуч включает весь свет! Озирает всех, как часовой, выключает. И так каждые пять минут. Как в тюрьме какой-то. Было стыдно, отвратительно. И всё равно кто-то разбил стекло. На этом дискотека досрочно закончилась.

ЧЕГО НЕ ПРОЩАЮТ ДЕТИ
Однажды, ближе к концу учебного года, случился скандал. Кто-то прямо на школьном дворе написал краской матерное ругательство в адрес одной из учительниц. Началось разбирательство, но дети своих не выдали. Я потом спросил у 9-х классов, в чём дело. Оказалось, она называла учеников «дебилами» и т.п. И тогда я понял, что дети не такие уж анархисты, как может показаться, тут есть свои правила игры; они стерпят плохие оценки, но не простят оскорбления.

А ТЕПЕРЬ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ВОПИЮЩИЙ СЛУЧАЙ
Всё вышеописанное сейчас померкнет для вас. В то время у нас были выборы депутатов районных советов города. Директриса устроила приёмную правящей партии прямо в школе. Меня вызвала к себе завуч и протянула бумажку, на ней были написаны имя и фамилия одного из кандидатов, бывшей ученицы этой же школы. Я был обязан прозвонить всем родителям своего класса и каждому сказать, чтобы голосовали за неё. Представляете? Естественно, я этого не сделал. Однако, судя по всему, выборы удались, потому что вскоре директрису поместили на районную доску почёта, и это событие в школе отмечалось как выход в космос.

НАШИ МЕДАЛИСТЫ
Мои дети были ещё в 10-м классе, а руководство уже решило, кто из них «идёт на медаль». Ребята хорошие, только некоторые из них редко появлялись в школе, а некоторые просто не имели соответствующего уровня знаний, но все учителя вынуждены были ставить им только отличные оценки. Дошло до того, что завуч взяла журнал и карандашом подчеркнула их фамилии. Вся школа знала, кого делают медалистом. Дети сами носят журнал с урока на урок и всё прекрасно понимают. Кто-то поставил вместо отличной оценки хорошую – бери лезвие и исправляй. Когда таких исправлений уже стало несколько, администрация пошла на реальное преступление: они решили уничтожить журнал.

СКАЗКА О ПОТЕРЯННОМ ЖУРНАЛЕ
Его «потеряли». То есть, все прекрасно понимали, что журнал просто уничтожили, чтобы заполнить заново. Неделю длился фарс под названием «зайца не видели?». Прям детектив. Мне велели написать объяснительную: «Мы знаем, что это не Вы виноваты, но так положено». У меня отобрали классное руководство. Я был рад, но моя скромная зарплата стала ещё меньше. Потом мне и другим учителям пришлось по каким-то своим записям восстанавливать сотни и сотни оценок, заполняя новый журнал, боясь при этом опять не наделать ошибок. Ради чего всё это? Детей со школьной скамьи учат обману, лицемерию, показухе; как надеяться на новое поколение, если советские тётки передают ему свою советскую матрицу?

САДИЗМ И ИЗДЕВАТЕЛЬСТВО
И последняя из ужасных историй. В параллельном 10-м классе были собраны «трудные» дети, некоторые имели медицинские проблемы (с головой, грубо говоря) и, по-хорошему, не должны были учиться в обычном классе. Классное руководство над ним взяла учительница, пришедшая, как и я, в том же году. Она была знакомой директрисы и, по её словам, до того преподавала в другом городе в крутой частной школе, поэтому смотрела на всех свысока. Неудивительно, что учителям она не понравилась. По слухам, она жила в доме директрисы. Похоже, её уровень соответствовал уровню воспитанников, и они быстро нашли общий язык. Но вскоре после начала учёбы к ним в класс перевели мальчика из другой школы. Эта школа имеет у нас дурную славу. Там чуть ли не половина детей на учёте стоит. Парень был невысокого роста, тихий, со склонённой головой человека, в любую секунду ждущего подзатыльник. Он был из очень плохой семьи, родители пили, отец бил. Но мальчик хотел учиться! Это просто поразительно, я считаю, настоящее чудо. Откуда при таком окружении тяга к чему-то хорошему? И вот он попал в этот класс. И моментально стал козлом отпущения. А эта классуха, вместо того, чтобы его защитить, стала детей поощрять и тоже над ним издеваться, чтобы стать для класса «своей»! У мальчика были проблемы с письмом, такое заболевание, из-за которого он непроизвольно переставлял местами буквы в словах. Но он очень старался, внимательно слушал и читал, на любой вопрос тянул руку. Мне он сказал, что за каждое замечание в дневнике его дома бьют. Однажды я раскрыл его дневник и ахнул. Он был весь красный от замечаний. Их написала она, прекрасно зная, чем это ему грозит. До сих пор, как вспоминаю, комок в горле. Какая-то безысходность сумасшедшего дома. Что сейчас с этим парнем?

Я НЕ СПРАВИЛСЯ
Надо признать, что из меня учитель не вышел. Это тяжелейшая профессия. В ней человек находится под двойным давлением, сверху и снизу, со стороны администрации и со стороны детей. Иногда ещё и родителей. Один балбес-переросток способен испортить весь урок, а такой фрукт найдётся в любом классе. Что с ним делать? Двойка? Плевать. Замечание? У него нет дневника. Родителей в школу? Они не приходят. Выгнать из класса? Запрещено. Стоять у его парты весь урок? Невозможно. Кричать? Расписаться в бессилии.
Я считаю, что действительно хороший учитель, у которого есть дисциплина без крика и репрессий, годится на любую управленческую работу, хоть мэром, хоть министром. Такими людьми я восхищаюсь.
На каникулах к нам приходила одна умная женщина и рассказывала о проблемах образования. Точь-в-точь она воспроизвела мою собственную мысль: в школе работают два типа людей, подвижники и неудачники. Иными словами, энтузиасты и пофигисты. В этом беда. И те, и другие готовы работать за копейки и терпеть унижения. Потому и складывается такая система, а тех, кто в неё не вписывается, система выдавливает (как меня).
Все эти девять месяцев я сильно нервничал. Просыпаясь, я думал: «Хоть бы сегодня ничего не случилось». Знаете, как прихватывает живот перед экзаменом? У меня так было каждое утро день за днём. Глядя из окна маршрутки, я думал: «Как повезло этим людям, они не работают в школе». Однажды я идеально подготовился к уроку, на него без предупреждения пришла директриса, дети сидели как мышки и работали безупречно – и всё равно оказалось, провёл плохо! Странно, но я собирался там работать дальше. Однако летом мне сказали, что я должен уволиться. И тут как раз нашлась другая работа.

И до сих пор меня волнует вопрос: это везде так? Или мне школа такая попалась? Текст я написал ради ваших ответов на этот вопрос.