Сегодняшний рассказ не будет полноценной историей из воспоминаний бывшего следователя прокуратуры. Скорее - так, просто небольшая зарисовка из жизни сельского райотдела милиции периода 90-х годов.

Как раз в начале 90-х годов, после массового сокращения армии, на службу в милицию стали в больших количествах приходить бывшие армейские офицеры. Тут нужно отметить, что исторически сложилось так, что сотрудники милиции и военные традиционно недолюбливали (и продолжают это делать сейчас) друг друга. Первые между собой называют вояк «сапогами», говорят, что «Красная армия им всю голову отморозила», армейскую жизнь характеризуют терминами «строевщина», «шкала» и так далее. Армейцы же, в свою очередь, отказывают милицейским в праве называть себя офицерами, резонно указывая, что в милиции (полиции) эта категория сотрудников правильно именуется «средний начальствующий состав» и «старший начальствующий состав», но никак не сакральным для военных словом «офицеры».

Тем не менее, на моей памяти многие в прошлом армейские офицеры вполне себе прижились в органах внутренних дел, некоторые даже выбились в большие начальники. Но сейчас речь пойдет о несколько другом случае.

В то самое время в РОВД нашего сельского района пришел служить некий Андрей. Местный уроженец, в 18 лет он поступил в пограничное училище, закончил его и распределился служить куда-то на просторы необъятного Советского Союза, на практике воплощая в жизнь главнейший лозунг погранвойск: «Граница на замке, а ключи про***ли». Точно знаю, что в конце восьмидесятых и начале девяностых годов Андрюха служил на заставе, расположенной в горах на таджикско-афганской границе. Потом, в связи с образованием независимого Таджикистана, Андрюху сократили, и он в звании старшего лейтенанта вернулся на родину в наш сельский район. А поскольку до необходимой для пенсии «двадцатки» ему не хватало несколько лет, то он пошел работать в райотдел, куда его взяли сначала дежурным по разбору (была тогда такая должность).

Удивлять местных милиционеров Андрюха начал чуть ли не с первого дня, потому что когда поступила заявка на какой-то заурядный семейный скандал, то он потребовал от дежурного вооружить его автоматом АКСУ, а также выдать каску и бронежилет. Когда местные устали крутить указательными пальцами у висков, они спросили Андрюху, не собрался ли он случайно открывать войну, на что Андрюха совершенно серьезно ответил, что по своему опыту на афганской границе он знает, что случаи бывают разные, и «броник» с каской, а также автомат, ему еще ни разу не помешали.

Худо-бедно, но через некоторое время Андрюху удалось приучить к мирной жизни, он постепенно вник в тонкости милицейской работы, и его даже назначили на должность оперативного дежурного по райотделу, присвоив специальное звание «капитан милиции».

И вот в одну тихую сельскую ночь, часа в три, к райотделу подъехал автомобиль «Волга», на котором прибыл какой-то проверяющий из УВД области в звании подполковника милиции. Уже в то время двери органов внутренних дел в ночное время принято было закрывать, поэтому подполковник из УВД постучался в дверь. В это время из дежурной смены в райотделе бодрствовал только Андрюха, он подошел к двери и спросил через неё: «Кто там?». «Проверяющий из УВД, подполковник такой-то» - последовал бодрый ответ. «Пароль!» - потребовал Андрюха.

Дело в том, что в то время для проникновения в неурочное время на объекты органов внутренних дел существовала система паролей, которые вырабатывались на каждый месяц и сообщались в дежурную часть УВД. По идее, проверяющий, решив внезапно ночью «застроить» сельский райотдел, должен был сначала узнать этот пароль у дежурного по УВД. Но, как правило, в силу обычного милицейского разгильдяйства паролями пренебрегали, и в сельских райотделах дежурные без проблем открывали проверяющим, веря на слово. Но то были обычные, милицейские дежурные, а тут оказался кадровый погранец Андрюха.

Минут десять проверяющий перепирался с ним через закрытую дверь, приводя различные доводы и предлагая открыть двери. Но Андрюха был спокоен, и только повторял: «Назовите пароль, и я открою». Тогда проверяющий вернулся в свою машину и попробовал связаться по рации с дежуркой УВД, чтобы узнать этот злосчастный пароль. Но, видимо, расстояние до областного центра было слишком велико, и в ответ он получил полное радиомолчание.

Тогда проверяющий переключил радиостанцию в машине на канал райотдела, и вызвал Андрюху уже по рации. При этом он привел неотразимый аргумент, что связаться с райотделом по радиосвязи может только сотрудник милиции, и вновь потребовал от Андрюхи открыть дверь. На это Андрюха ответил, что враги вполне могли завладеть милицейской радиостанцией с целью проникновения на объект, и что этот довод его ни разу не убеждает.

Проверяющий по рации грозил Андрюхе различными карами, но тот был непреклонен и требовал пароль. Тогда проверяющий, совершенно выйдя из себя, закричал в рацию, что сейчас он вызовет ОМОН и этот гребучий райотдел будет взят штурмом.

События, которые последовали дальше, мне поведал опер уголовного розыска, который в ту ночь дежурил в следственно-оперативной группе, и за неимением заявок просто спал у себя в кабинете на стульях. Его разбудил звонок из дежурки, в трубке он услышал голос дежурного Андрюхи: «Давай быстрей в дежурку». Кое-как протерев глаза, опер пришел в дежурную часть, куда уже подтягивались другие заспанные члены СОГа. Андрюха, в «броннике» и каске, в этот момент уже открыл оружейную комнату и сказал, что всем нужно получать бронежилеты и автоматы. На недоуменные вопросы сотрудников «А что случилось???», Андрюха на полном серьезе невозмутимо ответил: «Да сейчас ОМОН нас приедет штурмовать».

К счастью, никакой ОМОН, конечно же, штурмовать райотдел не приехал. Утром подполковник из УВД по телефону вынес начальнику райотдела напрочь весь мозг, что потом начальник попытался проделать и с Андрюхой. Но тот только недоуменно пожимал плечами и повторял, что проверяющий просто не назвал пароль, вот и всё.

Так что наказывать Андрюху было решительно не за что. Инцидент постепенно забылся, через несколько лет Андрюха добил-таки необходимую до пенсии выслугу и уволился. Сейчас он возглавляет районное общество ветеранов войны Афганистана и занимается военно-патриотическим воспитанием молодежи.

Вот такие простые и решительные люди приходили раньше на службу в милицию из пограничных войск.