Этот пост будет совсем не про работу следователя. Этот пост будет очень личным. Просто в сегодняшней моей жизненной ситуации мне бы очень хотелось посоветоваться с отцом, и вот что мне вспомнилось по этому поводу.

Запах отца я запомнил с раннего детства. Когда он приходил поздно вечером с работы, и мы с младшим братом прибегали встречать его к двери, он трепал наши головы, не успев снять холодных перчаток, и эти перчатки крепко пахли искуренным табаком, а когда отец снимал перчатки, то его руки пахли машинным маслом.

Где-то к десяти годам я уже твердо помнил семейную байку, согласно которой мой дед (кадровый офицер) говорил моему отцу в детстве: «Учись, сынок, будешь хорошо учиться – станешь инженером, будешь плохо учиться – станешь офицером». Отец учился хорошо, и стал инженером. Инженером-технологом. Он был инженером с большой буквы «И». Он знал железо, он понимал железо, он любил железо. Не было такой детали, которой бы отец не мог изготовить своими руками – он настолько был фанат своей профессии, что сам получил в разное время «корочки» токаря, шлифовальщика, карусельщика и т.д., причем все – 6 разряда.

Он делал нам с братом игрушки, и не простые игрушки, а такие, которые мы хотели. Вот смотрели все пацаны во дворе фильм «Неуловимые мстители» - соответственно, все игры были в «красных» и «белых». И мы с братом были вооружены маленькими винтовками и деревянными шашками, которые отец делал для нас сам вечерами. А после просмотра фильма «Викинги» у меня был не только деревянный меч, но и настоящий щит из фанеры, причем даже с эмблемой, чему завидовал весь двор.

Отец работал на заводе в «оборонке», вся его деятельность была окутана военной тайной, и даже название его специальности не подлежало разглашению. Но он был очень простой в общении человек, и даже когда стал начальником, не переставал общаться запросто с обычными станочниками, с кем вместе начинал свою карьеру инженера.

Потом, в силу ряда обстоятельств, отец ушел с завода, и стал преподавать в техническом ВУЗе, где быстро стал профессором (кандидатскую в МВТУ имени Баумана он защитил, еще работая на заводе). Среди студентов о нем ходили легенды, потому что он практиковал такой метод приема экзаменов: запускал всю группу в аудиторию, раздавал всем билеты, и уходил на час работать в институтскую лабораторию. Через час он возвращался, вызывал студентов, брал у них листочки со списанными первыми двумя вопросами, и проверял, по его ли лекциям списано. Если да, то студенту был гарантирован «трояк». Дальше он смотрел решение задачи - третьего вопроса, и по способу решения уже ставил итоговую оценку.

Вообще, отца невозможно было найти на кафедре – он постоянно был в лаборатории, где стояли станки, летела металлическая стружка и кипела жизнь. Часто, придя к отцу в лабораторию, можно было наблюдать, как он, в промасленном халате поверх пиджака, вытерев руки ветошкой, смотрел чертежи курсовых студенческих проектов, то-то молча черкал карандашом и морщился, а если симпатизировал студенту, то вздыхал и говорил: «Ваня! Вот ты же толковый парень, какого места ты вот тут такую хрень нарисовал?». Студент смущался, говорил, что все исправит, и уходил, а отец говорил мне: «Вот нормальные же ведь ребята, но иногда такую ерунду сочинят», как будто извинялся.

Да, и еще вот что: отец был великолепный лектор, то есть рассказчик. Мне пару раз приходилось слушать его лекции, когда я приходил к нему на работу не вовремя, и ждал, слушая через приоткрытую дверь в аудиторию. К примеру, рассказывая о какой-то детали и марке стали, из которой она делается, он говорил: «Для этого нужно олово, да не абы какое, а только то, которое добывается в Чили. И представьте, что СССР, который тогда по всем СМИ клеймил Чили за режим Пиночета, на самом деле очень успешно с этим Чили торговал, закупая это самое олово, потому что без него сделать такие детали не представлялось возможным».

Когда меня провожали в армию, мать накрыла дома стол, пришли мои друзья, человек пять из которых поступили учиться в тот ВУЗ, где преподавал отец, и на следующий день должны были сдавать ему зачет. Проводы ужек были в разгаре, когда отец пришел с работы, и в комнате повисло неловкое молчание. Отец разрядил его легко и просто, он спросил: «А что, зачетки с собой конечно никто взять не догадался?».

Конечно, отец очень хотел, чтобы я, закончив школу, пошел бы в тот самый институт, выучился и продолжил его дело. Вот только я, тогда маленький гордый засранец, решил стать следователем, и не оправдал его надежд. Хотя я и стал старшим офицером, как и говорил дед. Как и мой младший брат, который в итоге стал доктором медицинских наук. Уже потом я понял, что отец все равно был горд за нас – своих сыновей, потому что мы не выбрали легкий путь – учебу в том ВУЗе, где он был в авторитете, а сами, без всякой его помощи сделали карьеру каждый в своей области.

Ну и своеобразное, только ему присущее чувство юмора. К примеру, когда мать собралась поехать к родственникам, но опоздала на поезд, отец утешил её таким образом: мы уже вернулись домой, он в кухне подвинул стол к окну, по две стороны поставил табуретки, сказал матери: «Доставай еду, которую взяла на дорогу», сам извлек из заначки бутылочку, мне дал команду: «А ты будешь делать ты-дым-ты-дым», и под эти звуки заявил матери: «Вот представь - ты села в купе, поезд тронулся, уже разлили по первой…».

6 лет назад, в августе месяце, отец позвал меня что-то помочь ему на даче. Я приехал, мы сделали эту работу, и по окончанию сели покурить на лавочку. Тут отец внезапно сказал: «А ты знаешь, что я своего отца пережил уже на год?». Я тогда стал говорить что-то вроде: «Батя, какого хрена ты несешь, ты еще на свадьбе моей младшей дочки погуляешь», настолько невероятной мне представлялась смерть отца.

Но раку все равно, что мы думаем. Я похоронил отца 5 лет назад. На похоронах звучали речи: «Ушел последний представитель старой школы… Инженеров такого уровня сейчас нет, и, наверное, уже не будет… Это был настоящий фанат своей работы…». А я стоял, уставившись в кладбищенскую землю, и думал: «Почему у меня нет слез? Наверно потому (думал я), что я взрослый сорокалетний мужик, подполковник, много чего уже в жизни повидал…». И только когда я подошел к гробу прощаться, и пожал холодную руку отца, я понял, какое горе на меня на самом деле свалилось, и тогда слезы потекли рекой, несмотря на то, что я взрослый мужик, подполковник и всё такое прочее.

О чем этот пост? Да ни о чем, собственно. Берегите своих родителей, и цените, что они живы и с вами, вот и всё.