Данная история произошла где-то в середине 2000-х годов, в период моей службы в подразделении собственной безопасности органов внутренних дел, и являет собой иллюстрацию достаточно очевидного тезиса о том, что жизнь в целом, и человеческие взаимоотношения в частности – очень сложная штука.

Началась история с того, что к нам в ОСБ пришла заявительница – молодая женщина, лет тридцати с небольшим, по профессии адвокат по гражданским делам, пусть будет Рюмкина. Пришла она жаловаться на ментовский беспредел. Дело в том, что недавно ей пришла бумага от судебных приставов с требованием оплатить штраф в сумме 2500 рублей. Поскольку Рюмкина никаких дел, закончившихся штрафами, за собой не знала, то она пошла к приставам на разборки. Ей удалось выяснить, что штраф ей вынесен в виде наказания за административное правонарушение, а протокол об административном правонарушении был составлен милиционерами патрульно-постовой службы на территории Ленинского РОВД. Рюмкина дошла до Ленинского РОВД, где ей достали из архива составленный в отношении нее протокол об административном правонарушении – мелком хулиганстве. Согласно данному протоколу, гражданка Рюмкина два месяца назад, в час ночи, в кафе «Косо-Бланка», находясь в состоянии алкогольного опьянения, выражая явное неуважение к обществу нарушала общественный порядок, а именно: громко выражалась нецензурной бранью, приставала к посетителям кафе, разбила посуду, а также оказала неповиновение наряду ППС, пресекавшему данное нарушение.

По словам Рюмкиной, всё, изложенное в данном протоколе, не соответствовало действительности. В кафе «Косо-Бланка» она ни разу не была, тем более в указанный в протоколе день, посуду не била, матом не ругалась, ни к кому не приставала, и вообще, она приличная женщина, адвокат, у нее семья и ребенок, в конце концов. И самое главное: подпись в протоколе об административном правонарушении была не её, а выполнена с грубым подражанием её настоящей подписи. То есть похожа, но не более того.

От Рюмкиной было получено заявление и объяснение, после чего мы начали проведение проверочных мероприятий.

Первым делом были опрошены два милиционера ППС, которые составляли на Рюмкину административный материал. Они пояснили, что действительно был вызов в кафе, где пьяная женщина вела себя неадекватно – материлась, приставала к посетителям, по словам персонала кафе разбила посуду, в связи с чем её доставили в РОВД, где и составили протокол. При этом данная женщина оказывала им неповиновение, кричала, что они на следующий день будут уволены, потому что она адвокат (этот момент они запомнили особенно хорошо). При составлении протокола женщина представилась Рюмкиной, назвала полные установочные данные, включая место жительства, которые при проверке по учетам адресно-справочного бюро полностью совпали, а документов при себе у неё не было. Поэтому материал был оформлен на Рюмкину, в протоколе она расписалась собственноручно.

Однако описание Рюмкиной, которое давали эти милиционеры, вообще не билось с образом той Рюмкиной, которая приходила к нам. Грубо говоря, у нас была миловидная блондинка хрупкого телосложения, а в кабаке беспределила знойная брюнетка с шикарными формами.

Наши сотрудники доехали и до кафе, где нашли персонал, который работал в тот самый день. Бармен и официантки также накидали описание брюнетки, и рассказали, что она пришла в заведение часов в одиннадцать вечера с каким-то мужиком, причем оба были в состоянии украинской фамилии «Готовченко». Посидев в кафе где-то с час, они употребили внутрь что-то еще спиртного, и потом спутник брюнетки куда-то пропал, а она сначала вешалась на посетителей мужского пола, потом закатила персоналу скандал, разбила бокал, кричала, что она адвокат и что она тут всех засудит, причем все это матом. Ну, они и вызвали милицию, которая забрала скандалистку в райотдел.

Ситуация начинала проясняться, но предстояло еще установить, кто же столь злонамеренным образом подставил приличную женщину, адвоката, и в конце концов мать своего любимого ребенка – Рюмкину. Мы пригласили её к себе в отдел, и спросили, кто из её знакомых женщин чуть старше тридцати лет имел волосяной покров черного цвета и настолько хорошо помнил все её установочные данные, вплоть до места жительства, что даже в состоянии приличного алкогольного опьянения смог без запинки назвать их милиционерам, а также знает, как она расписывается.

Услышав описание лже-Рюмкиной, настоящая Рюмкина сказала: «Вот же мышь серогорбая!» (видимо, какой-то термин из гражданского права). Оказалось, что у Рюмкиной есть подруга по фамилиции Стаканкина, с которой они вместе учились на юрфаке, и сейчас вместе же работают адвокатами по гражданским делам, причем даже сидят в одном офисе. Эта Стаканкина полностью соответствовала внешним приметам той хабалки из кабака, и она действительно знала про Рюмкину всё, включая её подпись.

Стаканкина тоже была приглашена к нам, где ей были заданы вопросы по поводу скандала в кафе и составления протокола. Узнав, что мы уже опросили всех очевидцев, Стаканкина не стала отпираться и сказала, что действительно она вела себя очень некрасиво в питейном заведении, а потом, когда её доставили в райотдел, назвалась данными своей подруги Рюмкиной и расписалась похожей подписью. Ей было очень стыдно, и она не хотела, чтобы об этом инциденте узнали её клиенты и прочие знакомые. Конечно же, она говорила, что сейчас ей еще больше стыдно, что она так подставила свою подругу. Наши ребята получили от нее письменное объяснение и отпустили с миром.

Протокол об административном правонарушении в отношении Рюмкиной был отменен. Милиционеры ППС и начальник милиции общественной безопасности Ленинского РОВД, который рассматривал злополучный протокол, получили по строгому выговору, так как ненадлежащим образом отнеслись к установлению личности правонарушительницы.

А вот составить аналогичный протокол в отношении Стакинкиной, увы, уже не представлялось возможным, так как истек установленный для этого законом срок. Вместо этого я направил письменную информацию на имя президента адвокатской палаты нашего субъекта, в которой детально изложил все результаты проведенной нами проверки. Была надежда, что адвокатская палата во всем разберется, и исключит Стаканкину из своих рядов.

Но этого не произошло. Стаканкина до сих пор трудится в качестве адвоката, более того, все также сидит в одном офисе с Рюмкиной. Так что жизнь и человеческие взаимоотношения это очень, очень сложная штука. И бывает, что достоверное установление личности правонарушителя – еще сложнее.