Прежде всего, прошу прощения у подписчиков за то, что просохатил прошлую пятницу и не выложил очередной пост. Так получилось, что не смог этого сделать по объективным причинам. Но, тем не менее, серия постов из воспоминаний бывшего следователя прокуратуры продолжается, и вот очередная история.

Начать хотелось бы с разъяснения заголовка, потому что в этот раз он получился какой-то неочевидный. Имелись в виду такие факты, когда виновник прямо или косвенно причиняет вред близкому человеку, причем совершенно не желая этого, то есть фактически одновременно является и виновником, и потерпевшим. В частности, в комментариях к одной моей предыдущей истории коллега привела такой случай:
«Ситуация: мать и двое сыновей год и шесть лет втроём дома, Папа на работе, семья нищая но не пьющая и работящая, максимально положительная в условиях современной деревни. Газа и воды дома нет, но во дворе есть колодец, которым в том числе пользуются работники находящегося тут же Ж/д переезда, дома вода хранится в кухне в огромном ведре 25 см в высоту, закрывающегося сверху крышкой. Мать через окошко просит тетеньку с Ж/д набрать ей воды, как делала ни раз, по результату сажает сыновей в зале за мультиками и на 5 мин выбегает с ещё одним ведром на улицу, чтобы из уличного перелить в домашнее, а дома перелить в то большое. Возвращаясь обнаруживает младшего сына головой в ведре мертвым, а также его детскую игрушку в том же ведре. (Воды в ведре на 12 см, судмед говорит учитывая высоту ведра, уровень воды и рост ребёнка, последний мог перегнутся, нырнуть и захлебнуться) старший брат полностью отсечён в данной ситуации, характеристики семьи исключительно положительные, чисто интуитивно негатива не вызывают. 109 возбудили».
(). Таким образом, по данному факту было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 109 УК РФ, то есть причинение смерти по неосторожности, и, по моему мнению, это дело пройдет через суд со свистом, то есть без всяких проблем.

Да, подобное бывает не так уж и редко. Мои коллеги на моей памяти выезжали и на трупы младенцев, которых во сне придавили спавшие рядом собственные матери, и на детей, выпавших из окон по недосмотру бабушек, и тому подобные ситуации. Лично я в своей практике столкнулся с чем-то подобным два раза.

Один случай имел место в середине 2000-х годов, когда я уже был руководителем оперативного подразделения, и заступил ответственным дежурным по УВД области, проще говоря «проверяющим». Проверяющий – это такой не всегда обученный человек из руководства УВД, который ездит по райотделам, и в меру своих способностей нагнетает холод в задницы личного состава нарядов дежурных смен. А в описываемое время проверяющим в обязанность вменили еще и выезжать на места происшествий по резонансным и неочевидным особо тяжким преступлениям. Конечно, я понимал, что такие выезды представляют собой не что иное, как заячьи пляски, потому что и без проверяющего УВД всегда найдется достаточное количество бомонда правоохранительных органов, которые выберут время, чтобы выехать на место происшествия и там покружить головы следственно-оперативной группе, давая всяческие безумные (но, по их мнению, гениальные) указания. Но приказ есть приказ, и, заступив проверяющим по УВД, в один прекрасный выходной летний, но жаркий день я поехал посмотреть, как идет работа по факту обнаружения в реке трупа молодой женщины.

Оказалось, что произошло следующее: Семейная пара, муж с женой около тридцати лет, решили сэкономить на услугах автомойки и искупать свой автомобиль модели ВАЗ-2109 собственными силами на берегу местной речки в черте города. Точнее, решил это сделать муж, а жена просто поехала с ним за компанию. Приехав к реке, муж поставил машину метрах в трех от береговой линии, которая в этом месте представляла собой возвышенность с обрывом в сторону реки высотой около двух метров. Правее от этой возвышенности, метрах в пяти к реке имелся спуск, а еще дальше, также правее, метрах в пятидесяти располагался стихийный пляж, где по случаю жары и выходного дня находилось человек тридцать-сорок горожан разных возрастов и степени трезвости. Поставив машину передом к реке, муж достал из багажника ведро и стал бегать с ним по спуску к реке, набирая воду, которой и мыл машину. Пока муж понемногу нарушал водоохранное законодательство, жена праздно шаталась рядом с машиной, не зная, чем себя занять. И вот процесс помойки автомобиля уже подошел к концу, муж радостно спустился к реке, чтобы набрать последнее ведро воды, когда увидел, что его машина с незаведенным двигателем плавно едет к обрыву и падает в реку, причем за рулем в машине сидит жена. Практически сразу «девятка» полностью ушла под воду, глубина реки в том месте была метра четыре или что-то около того. Конечно, муж сразу начал нырять, чтобы спасти жену из автомобиля, через несколько минут к нему присоединились трое молодых парней с пляжа, которые случайно увидели эту ситуацию. Минут через десять общими усилиями им удалось вытащить молодую женщину на берег, но было уже поздно: она была мертва.

Судя по всему, исходя из всех установленных, в том числе и после подъема «девятки» на сушу обстоятельств, получилось вот что: Жена села на водительское место и начала баловаться, нажимая всякие кнопочки и рычажки (как пояснил муж, навыков вождения у неё не было). В конце концов она добралась до рычага стояночного тормоза, который зачем-то отпустила. Поскольку машина стояла на нейтральной передаче, а возвышенность имела небольшой уклон в сторону реки, этого хватило, чтобы автомобиль покатился и упал в воду.

На мужа было больно смотреть, мне казалось, что он был готов убить сам себя там же, на месте происшествия. Да, с одной стороны, можно было бы поставить ему в вину тот момент, что он не объяснил жене, что некоторые вещи в автомобиле просто так трогать нельзя. С другой стороны, он сделал всё, как положено: заглушил машину на «нейтрали», поставил на «ручник», и не мог предполагать, что жена за этот самый «ручник» схватится. В общем, сложное впечатление осталось у меня от этого случая.

Конечно, найдутся люди, которые скажут, что на самом деле муж таким хитрым образом специально убил жену. Однако я полагаю, что для этой цели он мог подобрать и другой способ, пусть даже и схожий, но более надежный, вроде того, что приехал бы на речку поздно вечером, когда народу бы уже не было, заранее привел жену в бессознательное состояние, и так далее. В вышеописанном случае теорию заговора искать не следует, мне так кажется.

Вторая подобная история (точнее, с таким же исходом) произошла в первой половине 90-х годов, когда я работал следователем в сельской прокуратуре и выезжал на происшествие по факту смерти молодой женщины. Случилось вот что:

В сентябре месяце, днем, молодой парень лет двадцати пяти, с женой примерно такого же возраста, поехали на зерносклад местного ТОО «Последний хрен без соли» (бывший колхоз «Имени мавзолея Ленина») сдавать зерно. Парень ехал за рулем на ГАЗ-53, жена сидела в кабине. Зерносклад был древний, в прошлом, конечно же, колхозный, и представлял собой длинное такое строение, боковые стены которого были выполнены из бетонных плит, а торцевые из кирпича. Торцевая стена была шириной метров десять, а высотой метров пять, что ли, с каждого торца в стену были вмонтированы железные двухстворчатые ворота. Ширину ворот я уже точно не помню, но обычный грузовик того времени, типа ГАЗ-53, проходил туда не слишком свободно. У ворот зерносклада жена вышла из кабины и встала рядом с воротами, чтобы осуществлять навигацию в то время, когда парень начал пятиться в зерносклад на ГАЗоне задом. С первой попытки правым бортом парень слишком близко пошел к рамке железных ворот, и жена маякнула ему об этом, показав, что дальше ехать нельзя. Кузов автомобиля к тому времени уже находился внутри зерносклада буквально сантиметров на двадцать. Парень стал приступать ко второй попытке, для чего подал ГАЗона вперед. Но, судя по всему, зачем-то немного повел руль влево. В результате имеющаяся сзади справа на кузове конструкция для запирания борта (никогда не знал, как она правильно называется) зацепилась за железную рамку ворот. Но парень этого не видел, поддал газу, и неожиданно вся торцевая кирпичная стена подалась вслед за рамкой ворот, и упала всей своей тяжестью прямо на жену парня, которая, как мы помним, стояла снаружи зерносклада справа.

Всё это происходило среди бела дня, на зерноскладе было много людей, которые всё видели, и вместе с парнем бросились раскидывать кирпичи, чтобы извлечь оттуда пострадавшую. Когда это удалось, тут же погрузили её в другой ГАЗ-53 и погнали в центральную районную больницу, где уже и была констатирована смерть.

Когда мы приступили к осмотру места происшествия, то были поражены тем фактом, что торцевые стены зерносклада, сложенные из кирпича в один ряд, никак не были связаны с боковыми стенами из плит. То есть вообще никак не привязывались – ни арматурой, ничем другим. Только тонким слоем бетонного раствора, видимо, чтобы ветер не задувал. Как эти стены простояли столько времени и не упали до этого случая, представлялось абсолютной загадкой.

Мнения моих коллег по прокуратуре разделились. Некоторые говорили, что надо возбуждать уголовное дело в отношении парня, расследовать его до победного, и направлять в суд. Однако прокурор района сказал, что помимо того, что парень наказал сам себя (остался без жены и с двумя маленькими ребятишками), в его действиях нет состава преступления, поскольку он не мог предполагать, что кирпичная стена упадет от такого, в сущности, незначительного воздействия. Лично я был с ним согласен.

Однако прокурор предложил мне покопаться в другом направлении: кто, как и когда строил этот зерносклад, кто его принимал, вводил в эксплуатацию, и кто на момент происшествия должен был отвечать за его техническое состояние. Я стал работать в этом направлении, и передо мной открылась картина безбрежного бардака.

Для начала были опрошены старожилы колхоза, включая бывшего председателя на предмет того, когда и кто строил этот склад. Выяснилось, что склад строился в начале 70-х годов силами бригады «шабашников», то ли из Чечни, то ли из Казахстана, этого никто уже не помнил. Никакой документации на этот склад не было обнаружено, за исключением того, что на балансе колхоза, судя по архивным документам, он числился. А вот на балансе ТОО его не было. Почему это произошло, осталось непонятным, руководство ТОО просто разводило руками. Видимо, когда колхоз прекратил своё существование и образовалось ТОО, в спешке этот склад просто забыли внести в опись имущества и поставить на баланс ТОО. Так он остался ничейный, фактически свой собственный. Получалось, что никто за него не отвечал, и поддерживать его надлежащее техническое состояние обязан не был.

В общем, найти кого-либо, кого можно было покарать за этот склад, так и не удалось. Жалко только парня, фактически своими руками похоронившего собственную молодую жену.