«Мы живем за полярным кругом на территории вечной мерзлоты, рядом с побережьем Баренцева моря. Климат суровый: зимой мороз достигает 45-ти градусов, с декабря по февраль – полярная ночь. У нас если человек уезжает в тундру, все знают, куда именно он поехал и на какое время; чуть задержался – люди выдвигаются на поиски. Находим, выручаем: техника у него сломалась, в болото угодил, или еще что… То и дело друг друга спасаем, без этого у нас не выживешь. Опасно, в основном, в тундре зимой, но вот осенью случилась трагедия прямо рядом с поселком.

О местности

В Баренцево море впадает огромная река Индига (так же и наш поселок называется), примерно в 15-ти километрах вверх по течению в Индигу впадает маленькая речка – Щелиха. На берегах этих двух рек мы и живем. Уровень воды в Щелихе постоянно меняется. Когда вода малая, через нее вброд техника проходит, а когда вода большая, переправляются только плавающие снегоболотоходы.

О происшествии

В сентябре плавающий вездеход с людьми пошел по большой воде. На борту были работники оленеводства, которые трудятся в тундре вахтовым методом, всего – 15 человек вместе с водителем. Не могу сказать… то ли перегруз получился, то ли задний борт плохо закрыли... В общем, на середине реки под воду пошли. На крыше кабины аварийные люки предусмотрены, из кабины-то люди вылезли, а в кузове, как в коробке: кто-то выплыл и в панике барахтается, кто-то выбраться не может. Вода ледяная –конечности сводит; температура воздуха около плюс пяти, люди, само собой, в теплых одеждах – держаться на поверхности трудно.

О спасении

Я в тот момент находился у себя во дворе, занимался по хозяйству. Мой дом почти на краю скалы расположен – внизу Щелиха протекает. На берегу тоже люди были – кто воду из лодки вычерпывал после дождей, кто еще что… В общем, я пока до своей лодки добежал, два человека уже на помощь выдвинулись, а еще один, Николай Паньков, – он был среди пострадавших – выбрался из вездехода, доплыл до берега в ледяной воде, прыгнул в лодку и вернулся товарищей спасать. Вот про него бы написать, но он сейчас в тундре надолго, с ним связи нет.

Не помню сейчас, сколько я людей вытащил и на берег отвез – там было не до того, чтобы считать. Мы вчетвером старались делать все как можно быстрее, потому что время шло на секунды: кого-то одежда вниз тянула, кто-то от переохлаждения уже дышать не мог… Много людей в лодку не посадишь, тем более в такой панике – сам перевернешься. Приходилось отвозить и возвращаться.

К берегу прибежали строители, которые неподалеку строили дома, еще люди из поселка подоспели – пострадавших у нас на берегу принимали, кого в дом вели греться, кому одежду сухую давали, кого-то по возможности везли в нашу больницу. Вездеход утонул полностью, спаслось 13 человек. То есть двое все-таки погибли: не смогли выплыть, и мы к ним не успели. Осенью в нашем климате долго в воде не протянешь.

О климате

У нас не всегда холодно. Вечная мерзлота – это не значит, что круглый год мороз и лед под ногами. Летом у нас деревья зеленеют – ивы, березы… В середине июля даже жара бывает, градусов 25-30. Правда, лето короткое и, в целом, не очень теплое: земля прогревается, наверно, метра на два, растениям этого хватает, а глубже – та самая мерзлота, которая почти никогда не оттаивает. Последнее время лето холоднее стало. Настолько, что картошка стала плохо расти. Она растет, конечно, но мелкая.

Зимой температура скачет: сегодня может быть -45, а завтра уже -15. Вокруг тундра: мох, кочки, сопки, просторы… Из-за болотистой местности и перепадов температур под землей, наш поселок постоянно «плавает», дома «гуляют». Например, зимой дверь свободно ходит, а летом ты ее не откроешь, не поддев чем-нибудь. Подтесать нельзя, потому что тогда зимой щель появится. Так и живем.

О красоте

Кстати, полярная ночь у нас – это не совсем ночь. Где-то с 9-ти утра и до обеда более-менее светло. После двух, конечно, все – уже звезды. И северное сияние бывает часто. Я-то привык с детства, но для тех, кто не видел, это должно быть весьма впечатляюще: в ясную погоду атмосфера переливается таким фиолетовым или… зеленоватым что ли… Бывает, что прямо над домом переливается. Выйдешь на крыльцо в мороз, голову задерешь, а оно высоко, прямо над тобой… И может резко так взять и переместиться в сторону. Мои дети смотрят иногда, но тоже привыкли, северное сияние их уже не сильно занимает.

О себе

Мне 30 лет, работаю кочегаром в котельной – мы отапливаем больницу, школу, другие здания... Отопительный сезон у нас с 1 сентября по 1 июня. На одну зарплату семью не прокормишь – у меня жена и двое детей, – так что мы тут живем охотой, рыбалкой, ягоды собираем. Охотимся мы на птиц, на диких гусей, а что касается рыбы – всякая у нас в реках есть: и белая, и красная. Не буду скрывать, иногда занимаемся незаконным ловом. Исключительно для себя, для еды. Рыбнадзор, конечно, сети наши срезает, стараются с нами бороться, но… нельзя же местным это запретить. У меня, например, вся родословная происходит из этих мест. Наши деды и прадеды тут рыбу ловили – почему же мы не можем ее ловить, чтобы прокормить семью?

О взаимовыручке

Про тот случай с вездеходом сейчас заговорили, потому что недавно в МЧС решили нас четверых к награде приставить. Но на самом деле в наших краях такие поступки героизмом не считаются: сегодня ты помог, завтра тебе помогли. Это не какие-то особые случаи, примеров настолько много, что даже рассказывать о них нет смысла. Там, где мы живем, взаимовыручка – явление естественное и постоянное.»


Юрий Бобров из Ненецкого АО вместе с односельчанами спас 13 человек из тонущего вездехода