вневедомственная охрана

Постов: 2 Рейтинг: 2135
1009

Про оперскую удачу

Развернуть
Навеяно постом бывшего опера «Про раскрытие преступлений» ().

На практике бывает, причем не так уж слишком и редко, что преступления раскрываются как бы случайно, «на шару», говоря по простому. Такие приятные неожиданности в определенных кругах называют «оперской удачей», и редкое застолье в оперативной службе обходится без тоста с пожеланием: «Счастья, здоровья, и оперской удачи!». Так что нижеприведенная история будет как бы небольшой иллюстрацией к данному тосту.

Это произошло в начале 2000-х годов, когда я работал в подразделении собственной безопасности органов внутренних дел. Весной, как только потеплело, к нам в ОСБ стали приходить заявители, с которыми практически один в один, только с незначительными нюансами, происходили одинаковые случаи. Схема была такова:

Подвыпивший гражданин (почти все заявители определяли свое состояние как «подвыпивший», хотя это и вызывало обоснованные сомнения) в позднее время суток, как правило, после часа ночи, передвигался от места употребления к месту успокоения, то бишь домой. Опять же, все заявители употребляли в гостях в центре города, а проживали они тоже в центре города, поэтому на услугах такси экономили, и упорно шли пешком под лозунгом «Для бешеной собаки семь верст не крюк». Хотя, справедливости ради нужно отметить, что идти им действительно было не очень далеко: от двух-трех до пяти-шести кварталов. И на разных отрезках этого пути (кого где, одного чуть ли не у своего подъезда) мужичков останавливал пеший патруль сотрудников милиции из двух человек. Хотя заявители и говорили, что они были всего лишь «выпимши», но дать точно описание этих сотрудников они затруднялись. Единственное, что сходилось у всех, это то, что сотрудники были относительно молоды (не старше тридцати лет), среднего роста, без особых примет, и одеты в так называемую «полевку» (эту форму одежды еще называли «ППС-кой»). Данные сотрудники останавливали путников и проверяли у них документы, а также досматривали содержимое карманов одежды на предмет наличия запрещенных к гражданскому обороту предметов. Поскольку таковых предметов у мужичков не находилось, то перед ними извинялись (это отмечали сто процентов заявителей), и вежливо отпускали по дальнейшему маршруту. И все бы ничего, но по приходу на место жительства все заявители обнаруживали у себя отсутствие денежных средств, которые, как они точно помнили, лежали в карманах. Суммы у всех пропадали разные, и ситуация еще усложнялась тем, что не все потерпевшие помнили, сколько именно бабла у них оставалось на момент отбытия в сторону дома.

Казалось бы, установить сотрудников милиции, которые несли службу на пешем маршруте по ночам в центре города, не представляло особо труда. Путь был очевидный, но ведущий в никуда: дело в том, что в городе в принципе давным-давно уже не было пеших патрулей милиции, как таковых. То есть автопатрули были, и заступали некоторые из них в том числе и в ночь. Это были экипажи дорожно-патрульной службы (ДПС), патрульно-постовой службы (ППС) и вневедомственной охраны (ОВО).

За неимением других вариантов, мы начали проверять тех, кто нес службу в интересующие нас ночи. ДПС отметались сразу – у них весьма своеобразная форма, а все потерпевшие утверждали, что на злодеях была именно «ППС-ка». Ходить пешком сотрудникам ДПС западло просто по определению, да и поживиться в плане бабла в ночном городе у них и так имеется куча возможностей. Оставались экипажи ППС и ОВО. Была предпринята их детальная отработка, но на момент совершения преступлений у всех было непоколебимое алиби: кто выезжал «на заявку», кто оформлял мелких хулиганов, кто отписывался в отделе по случаю применения физической силы, и так далее. Поэтому тут мы зашли в тупик.

В связи с этим были выдвинуты три основные версии: «бомбят» по ночам сотрудники, находившиеся на выходном, либо бывшие сотрудники, у кого осталась форма, либо вообще какие-то левые жульманы, которые решили отрабатываться под милицейским флагом (такого расклада в принципе исключать было тоже нельзя). И, поскольку факт совершения данных преступлений сотрудниками милиции был не установлен, то все потупившие материалы мы скидывали для принятия процессуальных решений «на землю», то есть в краснознаменный Пролетарский РОВД, поскольку именно он территориально обслуживал центр города. В Пролетарском со страшной силой скрипели зубами, но возбуждали уголовные дела по фактам грабежей, совершенных неустановленными лицами. Данные дела «зависали», и при личных встречах руководство уголовного розыска с Пролетарки высказывало нам свое обоснованное возмущение: мол, какие-то менты шакалят, ОСБ поймать их не может, а процент раскрываемости неуклонно падает у них, в Пролетарском.

Справедливости ради нужно сказать, что мы тоже не сидели, сложа руки. Регулярно наши сотрудники проводили поисковые мероприятия, то есть ездили по ночам по центру города на личных автомобилях и высматривали следующих пешим порядком сотрудников милиции. Отрабатывались не слишком давно уволенные из органов сотрудники ППС и ОВО, были даже попытки составить фотороботы. Но всё было безуспешно.

А между тем число заявителей к концу июля достигло уже двадцати. Причем мы отдавали себе отчет в том, что далеко не все ограбленные теми «милиционерами» дошли до нас с заявлениями. Наверняка некоторое количество потерпевших было в таком состоянии, что и не помнило, кто, когда и с какой целью останавливал их в центре ночного города и выметал у них из карманов деньги.

Закончилось всё так же внезапно, как и началось. В один из дней начала августа проводились массовые народные гуляния под предлогом празднования «Дня города». Наверное, лишним будет упомянуть, что наш народ в то время настолько любил свои города, что в такие дни всё более-менее сознательное население во что бы то ни стало стремилось нажраться в драбадан (кстати, почему-то в последние годы это явление как-то сошло на нет). И вот когда всенародное празднование уже практически закончилось, около полчетвертого утра в дежурную часть Пролетарского РОВД зашел пьяненький мужичок и сообщил, что только что в квартале отсюда его остановил патруль из двух пеших милиционеров, досмотрел его карманы, а потом отпустил. Как вы наверное уже догадались, отойдя недалеко от этого места мужичок обнаружил у себя отсутствие денег в сумме 1200 рублей. И еще он сказал, что одним из двух патрульных была девушка в милицейской форме.

В ту ночь по случаю дня города было небольшое усиление, и в следственно-оперативной группе в Пролетарском дежурили три опера уголовного розыска, которые как раз в тот самый момент «терли шкуру» в дежурке. Услышав эту заявку, они без промедления пешком побежали в сторону, которую указал мужичок. Быстрый бег и «оперская удача» сделали своё дело: через три квартала они нагнали двух идущих пешком по улице людей в милицейской форме, которые оказались прилично пьяненькими, одним из них действительно была девушка, и форма на ней была явно не по росту и размеру. Их тут же доставили в райотдел, где и начались разборки.

Наших сотрудников подняли уже ближе к утру, когда пацаны с Пролетарки уже получили полный расклад, и потом мы работали уже совместно. Дальше началась обычная тягомотная рутина следственных действий с целью процессуального закрепления полученных данных, которую я описывать тут не буду с целью экономии времени и места. Только скажу о том, что было установлено по итогу.

В батальоне ОВО служили три бойца-сержанта: Иванов, Петренко и Сидоруллаев. Было им по 25-28 лет, отработали они по 3-4 года, и считали себя уже опытными милиционерами. Так получилось, что они закорешились между собой, дружили семьями (все были женаты), вместе отмечали праздники и тому подобное. И как-то на одном таком отмечании зашел у них разговор о том, что неплохо было бы и поднять чуток бабла каким-нибудь хитрым способом. Кто именно задвинул эту идею, установить не удалось, да это было и не так важно. Важно то, что они все вместе нашли метод: в свободное от службы время по ночам выхватывать в центре города пьяных прохожих, и отметать у них деньги под предлогом досмотра. Главный расчет делался на то, что потерпевшие будут прилично датыми, и вряд ли вспомнят, что с ними было. Выходили на промысел по двое, кто-то один по очереди отдыхал и ему отдавали его долю. Точнее сказать, по улицам они не ходили, а ждали жертву, притаившись где-нибудь в темном закоулке. Отработавшись, снимали форменные куртки и клали их в пакет, а сверху одевали «гражданку». Кстати, они знали, что их разыскивает уголовный розыск и ОСБ, но считали, что у них всё грамотно продумано, и занятий своих не прекращали.

А завалил всю тему Петренко. Дело в том, что Иванов и Сидоруллаев на День города были в усилении, то есть на службе. Петренко, проживавший в центре города, отмечал праздник с друзьями у себя дома. И когда часа в два ночи все участники торжества перешли в горизонтальное положение, он предложил своей жене сходить с ним по центру, побомбить, тем более, что ночь в честь праздника обещала быть весьма урожайной. Почему-то жена согласилась (видимо, тоже хапнула прилично радости по случаю Дня города), Петренко дал ей свою старую ППС-ку (на три размера больше, но это им в тот момент было не важно), и они двинули на охоту. Ну а дальше вы уже знаете. Да, Петренко посыпался сразу же после задержания, и тут же, «по горячему», сдал операм-пролетарцам всю ихнюю грядку.

В результате всей предпринятой процессуальной возни удалось доказать им восемнадцать эпизодов (по двум потерпевшим доказа набрать так и не получилось). Призовые места по суду в конце концов распределились следующим образом: Петренко – три года лишения свободы, Иванов и Сидоруллаев – по пять, жена Петренко – два года условно (признание вины, малолетний ребенок на иждивении и еще какие-то смягчающие).

Лавры победителей - раскрывателей серии грабежей получил Пролетарский уголовный розыск. И это правильно. Потому что оперская удача в тот раз была на их стороне.
1126

Когда высшее образование только мешает

Развернуть
Лет 10 назад занесло меня на собеседование во вневедомственную охрану.
Форма, порядок, оружие, дисциплина, ответственность.
Так мне казалось.
А я тогда учился в магистратуре. Соответственно, был уже бакалавром.
И на вопрос об образовании ответил "высшее".
Комментарий поразил:
- Здесь это не преимущество, а недостаток.