гуситы

Постов: 2 Рейтинг: 1043
982

Ян Жижка

Развернуть
Почти за сто лет до того, как Мартин Лютер запостил свою декларацию, чешский священник Ян Гус уже начал кидать минусы в сторону римско-католической церкви, а именно - продажи индульгенций, практика, которая многих бесила уже в Средние века.
Индульгенция - это когда можно купить прощение за любой грех. Примерно так:

- А сколько стоит прощение греха прелюбодеяния?
- 10 монет, сын мой.
- А оптом?
- 5 монет, сын мой.
- Дайте мне девятнадцать.

В общем, милейшая практика. Ну, да, я отвлекся.
Итак, если обрисовать в общих чертах, то Ян Гус требовал следующего:
1. Служба должна служиться на чешском для чехов (потому, что эту латынь уже никто не помнит)
2. Миряне причащаются одним хлебом, а священники еще и вином. Это несправедливо, все хотят пить винишко.
3. Единственный способ получить прощение за грехи - покаяние и исповедь, а то, что богачи просто и анонимно покупают прощение грехов неприемлемо. Пусть стоят в общей очереди и каются, как все. (Вот жешь коммуняки - решили уравнять людей в правах!)
Ян Жижка
В общем, в 15 веке церковь официально ответила на этот запрос о реформации сожжением на костре Яна Гуса, как еретика. RIP 6 июля 1415 г. Этот ответ не очень понравился гуситам (собирательный термин для людей, которые считали, что Ян Гус, вообще-то, во многих вещах прав), поэтому в 1419 г. сердитая толпа гуситских крестьян набежала на ратушу Праги и выкинула пару солидных горожан и управляющих на мороз. Причем из окна третьего этажа, а снизу их ловили ребята с копьями. Это событие вошло в историю как первая дефенестрация Праги, звучит круто не только потому, что там есть слово дефенестрация (что значит выкинуть объект или субъекта из окна), но еще и потому, что название намекает, что было как минимум не одно массовое выбрасывание из окон Праги (а была еще вторая дефенестрация Праги - во времена тридцатилетней войны). Думаю, после этого правители Праги уделяли больше внимания требованиям общественности, а также установке решеток на окна.
Ян Жижка
Когда до короля Богемии Венцеслава IV дошли новости о падении рейтингов его любимых дипломатов (то есть о падении последних из окон со смертельным исходом) он настолько удивился, что умер от сердечного приступа. Надо сказать, что правителем он был так себе, так что никто особо не плакал. Так как у него не было наследников, император Священной Римской империи Сигизмунд получил контроль над Богемией и Папа немедленно приказал ему взять меч и жестоко наказать еретиков.
Но так уж получилось, что лидером гуситов стал не политик или дипломат, а суровый, закаленный в боях воевода по имения Ян Жижка, который к этому времени уже успел потерять один глаз в сражении с Тевтонскими рыцарями - он тогда был капитаном наемников и вел толпу казаков против орды убер-хардкорных Тевтонских рыцарей в битве при Танненберге. даже когда его фланги были отброшены, а он сам потерял глаз от копья/ стрелы/ чего-то острого, Жижка Одноглазый остался крепок и смел, и постарался показать Тевтонцам, что никто не смеет так шутить с Яном. Никто!
Ян Жижка
Ну так вот, когда Священная Римская империя объявила Крестовый поход против гуситов, когда католические лоялисты стали понемногу поджигать гуситов/ сбрасывать их в шахты, а также получать садистское удовольствие иными способами, вот тут-то Ян Жижка и начал действовать. Он повел свою злую толпу на захват единственной незапертой лоялистами крепости в Праге (тут немного помогло, что крепость охранялась его бывшими комрадами).
Ах да, когда Ян ездил по деревням, собирая армию, он и его 400 парней сумели пережить засаду 2000 вражеских лазутчиков. И не просто пережил - они уничтожили врагов всех до единого. Тут ему как раз и помогло его секретное оружие - Боевая Повозка Гуситов имени Яна Жижки - это суровая окованная металлом машина смерти, этакий средневековый аналог танка.
Сделанные из прочного дерева и укрепленные металлом, они были настолько хардкорны, что выдерживали попадание пуль, стрел и арбалетных болтов без особых повреждений. И вот, в бою Ян Жижка просто забивал их доверху крестьянами и крестьянками, вооруженными пистолями и арбалетами, а то и луками (они дешевле) и те просто устраивали беспорядочную пальбу по врагу из безопасных укрытий. Если нужно было атаковать - эти громады просто въезжали в толпу врагов выпуская пламя и свинец во все стороны, а в защите было еще круче. Эти боевые вагончики сцепляли цепями вокруг точки обороны, внутрь садились еще и ребята покрепче с тяжелыми железяками, которые пресекали попытки атакующих пролезть внутрь линии обороны. В общем, дико успешная штука получилась.
Ян Жижка
Тем более, что когда повозки не были заняты в размазывании врагов они превращались в этакие пативэны, в которых можно было везти припасы, семьи и инвентарь быстро и легко. В них даже портативные кузницы были, чтобы в полевых условиях чинить девайсы, да в них даже были приспособления, чтобы пули отливать. В общем, это было гениально.
Надо заметить, что сам Ян Жижка никогда не катался в этих вагонах, предпочитая сражаться лицом-к-лицу разбивая вражеские черепа, но боевые повозки были его идеей. Таким образом он сумел превратить толпу неорганизованных ребят с вилами в реальную боевую силу, которая смогла превращать в фарш тяжелую рыцарскую кавалерию.
И нет ничего удивительного, что когда король Сигизмунд прибыл с осадой к Праге Ян Жижка очень быстро повыкидывал всех к чертям без каких либо проблем. Жижка собрал свои войска на холме Виткова, а когда крестоносцы пошли в атаку, Жижка и его войска встретили их своими боевыми повозками. Жижка лично возглавил атаку на фланг, которая и сокрушила вражеские силы. Благодарные жители Праги были так впечатлены, что переименовали Витков холм в Жижков холм. Жижка уронил скупую слезу - единственную в своей жизни. И продолжил свой суровый путь. С этого момента он повел партизанскую войну с роялистами Богемии и священными крестонедоносцами Священной Римской империи уничтожая всех, кто вставал на его пути к свободе вероисповедания. Когда он понял, что полностью контролирует Чехию, он объявил полную религиозную свободу. Это был очень благородный с его стороны шаг, но эта религиозная толерантность не помешала какому то религиозному лоялисту прострелить Жижке последний зрячий глаз стрелой в 1421.
Ян Жижка
Но если вы думаете, что потеря обоих глаз помешала Яну, то вы заблуждаетесь. Этот человек был слишком суров, чтобы сдаваться. Он продолжил командовать армией еще 4 года, слепой, ведущий зрячих, и не проиграл ни одной битвы. Страшный слепец - называли его враги.
Говорят, он стоял на бронированной повозке посреди своей армии, а маленький мальчик рядом говорил ему о происходящем на поле боя. Мальчик поседел раньше времени от суровости пана Жижки. Папа Римский, кстати говоря, обиделся и отправил второй Крестовый поход на гуситов, но даже нашествие превосходящих сил, которые окружили армию Жижки не помогло - чешский варлорд зарядил людей в свои танки и пошел в атаку. После того, как гуситы прорвали окружение, он развернул людей и устроил неожиданный рейд на другую часть армии крестоносцев (как они позволили слепому неожиданно набежать на себя выше моего понимания) и в битве у Немецкого Брода в 1422 армия Жижки в 12000 человек положила армию крестоносцев в 23000 человека.
После отражения двух крестовых походов Жижка стал нереально крутым перцем Богемии и умер не менее сурово - от черной смерти, чумы. Говорят, он завещал сделать из своей кожи барабан, чтобы и после смерти пугать врагов.
61

History Fun, цикл пятый — Гуситские войны, выпуск 7

Развернуть
History Fun, цикл пятый — Гуситские войны, выпуск 7
В прошлом выпуске Сигизмунд вместо Чехии снова получил в башку сапог, а Жижка открыл новый финт ушами в деле военного искусства.

Основные силы крестоносцев отступили, в Богемии остались только мелкие партизанские отряды и всякие недобитые хиппари-гуситы, за которыми Ян продолжил охоту, а еще — чашники в Праге.

Последние очень хорошо ощущали, что, хоть столица и у них, главной силой в Чехии являются вовсе не они, а всякие холопы и смерды, вооружившиеся огнестрелом до зубов, под предводительством страшного слепца. Это знание никоим образом не радовало богемских дворян и прочих зажиточных граждан, поэтому, как только непосредственная угроза в лице Сигизмунда отступала, они снова предпринимали попытки исправить дисбаланс.

В данном случае с существованием чашников категорически дисгармонировал персонаж по имени Ян Желивский. Именно он вел тот самый печально известный марш к городскому совету, закончившийся полетами из окон без парашютов. С 1419 года проповедник постепенно прибирал к рукам всю столичную бедноту, и к 1422 стал чуть ли не полноправным диктатором в Праге, легко управляясь с толпами и обозначая цели для народного гнева.

Понятно, что городскому совету этот прадедушка Троцкого был как бревно в глазу, и только униженные немцы скрылись в туман, Ян был немедленно схвачен, обвинен во всем нехорошем и спешно казнен.
Прага, да и вся Чехия, снова начала бурлить и раскалываться. Полномасштабной гражданской войны не вспыхнуло исключительно благодаря вмешательству внешних сил, причем на этот раз счастливому.

Еще в начале всей заварухи совет гуситов решил отдать чешскую корону кому-нибудь достойному — все-таки страну без короля в то время представить было очень затруднительно, хоть с этим и вполне справлялись наиболее упоротые табориты. Сперва ее хотели вручить польскому королю Ягайло, но советники и приближенные поляка настойчиво порекомендовали ему в этот непонятный блудняк не лезть — профит неясен, а окружающие державы могут и не понять. Получив от Польши отказ, гуситы обратились к Витовту, правителю Великого княжества Литовского. Тот идею поддержал, но с оговорками — сам никуда не поехал, сославшись на важные дела дома, но выслал неплохую армию на подмогу чехам. Армией управлял гражданин с несколько неожиданным именем Сигизмунд Корибутович, назначенный регентом Витовта в Богемии. Объясняются такие изыски в ФИО довольно просто — он был сыном князя Новгород-Северского (не Великого Новгорода, естественно), которого вполне можно признать русским. Как и неплохую часть земель княжества Литовского, как бы оно там ни называлось.

Поскольку правильный Сигизмунд успел немного помочь Жижке в навешивании по ушам Сигизмунду неправильному, Ян против такой кандидатуры ничего не имел — уж лучше на троне будет вменяемый мужик, чем начнется deathmatch до последнего выжившего. Чашники тоже были довольны — все честь по чести, достойные люди позвали себе короля, выторговали себе всякие свободы, теперь можно жить.

На этом месте у читателя может возникнуть закономерный вопрос — а как это Витовт вообще решился на переговоры с гуситами и более того — на принятие короны и высылку экспедиционных сил? Неужели Святой Престол не начал вопить ультразвуком от такой наглости?

Отвечаем: естественно, начал. Ор и крики раздавались на всю Европу. Однако, как уже многократно говорилось, одно дело — абстрактные расхождения в вере, и совершенно другое — весомые денежные выгоды.

В то время Витовту крайне мешал Тевтонский орден. Литовцы уже который десяток лет рубились с рыцарями за кусок современной Литвы — та самая битва при Грюнвальде (которая на картинке) произошла во многом из-за этого, и в ней Витовт и тевтоны участвовали совсем на разных фронтах. Однако, даже проиграв, орден отказывался утереться и упорно продолжал биться бронированной башкой в мозолистые литовские кулаки. А главную поддержку рыцарям оказывал… Да, Сигизмунд, император Германии.

Поэтому отправка войска и принятие короны было продолжением войны, начавшейся задолго до гуситов, в которой они были так — поводом немного подгадить старому сопернику. В такой ситуации на прыжки и визг Папы можно было и наплевать.

Корибутович, получив признание от основных гуситских авторитетов, стал полноправным представителем Витовта в Богемии, чем ситуацию немного разрядил. Пришлось, конечно, погонять по полям и лесам всяких несогласных, но в общем и целом — улеглось.
Надолго ли?

Скоро узнаем.

Прошлый пост тут: