Как советский лингвист заставил говорить немую цивилизацию
29 марта 1955 года Юрий Кнорозов защитил диссертацию по дешифровке письменности майя
Он принял вызов Пауля Шельхаса — известного немецкого ученого, который заявлял: письменность индейцев майя останется загадкой навсегда. В то время Кнорозов жил и работал в Кунсткамере Ленинграда, разбирал музейные экспонаты. Статья Шельхаса случайно попала ему на глаза. Молодому человеку захотелось разгадать загадку. «Как это неразрешимая? Разрешу!» — подумал молодой ученый, прочитав слова немца.

Задача была невероятно сложной. Во-первых, испанские колонизаторы сожгли почти все книги майя. Сохранились лишь три кодекса — сложенные гармошкой манускрипты, слипшиеся от воды, сильно испорченные: индейцы прятали их во влажных пещерах и гробницах. Да и к ним доступа у ученого не было — раритеты хранились в зарубежных музеях. Отправиться в Мексику, чтобы своими глазами посмотреть на загадочные рисунки на стенах древних пирамид, тоже было невозможно.

Единственным источником исследователя стали книги средневекового монаха-францисканца Диего де Ланды «Кодексы майя», изданные в Гватемале, и «Сообщение о делах в Юкатане». Монах общался с индейцами вскоре после завоевания материка испанцами и просил их записать свои буквы напротив букв латинского алфавита. Кнорозова осенило: рисунки майа не обозначение понятий, как считали многие исследователи, это не иероглифы и не буквы, а попытка передать звуки. Например, русская буква К звучит, как «ка», а Л, как «эль». Так же поступили и собеседники Ланды — нарисовали звучание своих букв. Это гениальное предположение позволило расшифровать надписи индейцев майя, прочитать, наконец, то, о чем поведали миру древние писцы.
Как советский лингвист заставил говорить немую цивилизацию
Иероглифы майя, вырезанные в камне. Найдены в руинах Паленке (Мексика)
Ярым оппонентом учёного был американец Эрик Томпсон, считавшийся специалистом по расшифровке иероглифов майя. Он утверждал, что рисунки майя — не буквы или звуки, а символы. Допустим, вы смотрите на красный знак светофора, этот символ означает, что нельзя переходить дорогу. Прочитать, озвучить этот смысл нельзя. Он просто воплощен в красном цвете и известен пользователям. Именно поэтому Томпсон полагал, что прочитать послания майя, как обычную книгу, невозможно.
Как советский лингвист заставил говорить немую цивилизацию
Мадридский кодекс. Иероглифические рукописи майя
Спор ученых выплеснулся на страницы авторитетных журналов. Кнорозов тем временем подготовил кандидатскую диссертацию, в которой изложил свою теорию. Исследование так потрясло научное сообщество, что его автору присудили сразу докторскую степень. То, что предлагал Кнорозов, превращало в реальность дешифровку письменности майя. Вскоре и американские лингвисты признали правоту советского учёного. А исследователь индейских поселений Татьяна Проскурякова, основываясь на методе Кнорозова, прочитала жизнеописание правителей майя — иероглифы на каменной стене древнего города Паленка.
Как советский лингвист заставил говорить немую цивилизацию
Календарь цивилизации Майя
Юрий Кнорозов был удостоен Государственной премии, хотя не сразу после открытия, которое он сделал 30-летним ученым, а спустя 20 лет. Ему, наконец, удалось своими глазами увидеть родину народа майя по приглашению президента Гватемалы. Глава Мексики наградил Кнорозова орденом Ацтекского орла — высшей наградой для иностранцев.
Как советский лингвист заставил говорить немую цивилизацию
Изображение царя Паленке, который правил в VIII веке нашей эры
«По вкладу, который он внес в науку, он стоит гораздо выше Шампольона, — отметила в одном из интервью его ученица, директор Центра мезоамериканских исследований им. Ю.В. Кнорозова при РГГУ Галина Ершова. — У Шампольона задача была достаточно простая: сопоставить билингву, догадаться. А у Кнорозова был разработан метод дешифровки древних систем письма. Уровень этих проблем не сопоставим. Но тем не менее у французов Шампольон — это национальная гордость, в нашей же стране… как всегда, что и говорить. Он, конечно, достоин большего признания, и это не только вопрос его имени, это вопрос нас, русских, российской науки».
По ее словам, как личность это был гений-мученик. При жизни у него было немало конфликтов и врагов. Умер он в полном одиночестве в 1999 году, в больничном коридоре от инсульта и отека легких. А хотел умереть в землях майя. Увидев их, наконец, в 68 лет в 1990 году Юрий Кнорозов воскликнул: «Вот здесь бы умереть!»
https://regnum.ru/news/cultura/2248470.html