Сидят двое моих сыновей с другом (11 лет, 9 и другу 12), едят торт посленовогодний и ведут беседу. Смысл беседы в том, что они слышали, что ввели какой то закон, и сейчас в России ребенка достигшего 4х летнего возраста нельзя отвести и сдать в детдом. Его там типа не примут. Т.е. можно не бояться угроз со стороны родителей о сдаче в детдом. Я лежу рядом на диване, все слышу и говорю им, что можно просто сильно побить ребенка, тогда придет ювенальная юстиция, лишит родителей их прав, а ребенка заберёт в детдом. Задумчиво замолчали...

Разговор с шестилетней дочкой:

Д:Пап, найди мне мои тапочки, пожалуйста!

Я: Хм, но я не знаю, где они.

Д:Поэтому это и называется "искать"!

[моё] Дети Родители и дети

16-летняя Диана пишет, что 13 месяцев живет, как в общежитии, а дома у нее личная комната


История про 16-летнюю московскую школьницу, которая уже больше года живет в приюте, сегодня получила продолжение. Мы рассказывали уже несколько раз: по версии 16-летней Дианы (имя изменено) и ее мамы Оксаны Романовой, в октябре прошлого года девочка в шутку сказала подруге, что ушла из дома. Подружка сообщила классному руководителю, та позвонила в полицию. Диану забрали прямо с уроков в школе(им. Чехова в Коньково) и увезли в приют. С тех пор ее не отдают маме.


Оксана Романова - художница, работает с детьми, обычная женщина без вредных привычек, нигде на учетах не состоит. Но тем не менее, дочь ей вернуть отказываются.


Диана написала сегодня на имя начальника отдела соцзащиты района Коньково Аллы Карасевой.


Отметим, что ранее девочка уже писала подобные заявления, но реакции на них не было. В минувший вторник в Черемушкинском суде должны были решить судьбу Дианы, но судья Николай Алексеев принял решение отложить этот вопрос на два месяца, до 16 февраля. Сама девочка надеялась, что на Новый год наконец-то попадет домой.


«Я требую вернуть меня домой из Центра поддержки семьи и детства «Зюзино», так как я хочу жить дома с моей мамой, - пишет школьница. - Я на протяжении 13 месяцев нахожусь в приюте. Попала сюда по неизвестной мне причине, я все время хотела вернуться домой. Мы с мамой неоднократно писали заявления, но нам всегда отказывали, хотя мне в приюте говорили, что они не против, чтобы я жила дома, но говорили, что мама должна написать какие-то заявления, чтобы меня вернули».


Диана обращает внимание, что вот уже много месяцев практически не покидала территорию приюта «Зюзино». Она учится в той же школе, что и раньше. Но до марта она каждый день ездила на занятия из приюта в школу и назад, но после введения удаленки даже не имеет возможности выходить за периметр приюта, обнесенного высоким забором.


«С марта по начало сентября центр находился на карантине и все лето я провела в центре и не смогла отдохнуть, как другие дети дома, хотя очень хотела».


"В июне с сотрудником приюта я ездила получать аттестат, получила, после чего его сразу же забрали в правовой (отдел). Я хотела поступить в колледж, но не могла без аттестата, его не давали мне и маме. Мы с мамой не хотели возвращаться в эту школу. Я не хотела там учиться, с этой учительницей, которая так со мной поступила. Когда мама приезжала ко мне летом ее не пускали, и меня не оповещали..."


«Я требую вернуть меня домой из этого учреждения и оставить нашу семью в покое. Я ничего незаконного не совершала, так же, как моя мама... Живу, как в общежитии. Порой нету жизненных условий и личного пространства, но зато дома у меня своя личная комната и все условия. Я люблю свою маму и хочу жить дома. Требую вернуть меня домой к маме!»


Девочка намерена устроить флешмоб в соцсетях, требуя, чтобы ее отпустили домой. Иначе она уже второй Новый год должна будет отмечать не с родными, а посторонними людьми.


https://www.kp.ru/daily/1712105.5/4344714/

[моё] Дети Родители и дети

UPD: опровержение от Департамента труда и социальной защиты населения города Москвы

https://dszn.ru/press-center/news/4804


В связи с публикацией статьи «Шутка в соцсетях стоила 15-летней школьнице года жизни в приюте и чуть не стоила жизни», — Диану забрали из семьи после того, как она рассказала «подруге» про «конфликты» с мамой" Департамент выступает с опровержением.

Уже более 7 месяцев мама девочки, о которой рассказывается в статье, не обращалась к нам с намерениями забрать девочку. Дочку она не навещала, полный курс рекомендованных занятий с психологом не посещала. К сожалению, мама не шла на контакт и не предпринимала никаких усилий, чтобы восстановить отношения с дочерью. С подростком мы продолжаем вести реабилитационную работу. Однако девочке по-прежнему необходима помощь специалистов.

***

Мы работаем с семьей с марта 2019 года. Информация о том, что опека по сообщению от школы забрала ребенка, не соответствует действительности. Кроме того, ложно утверждение о том, что выводы о неблагополучии семьи сотрудники соцзащиты сделали на основе постов в соцсетях от знакомой девочки.

На самом деле, мама сама сначала обратилась в медицинское учреждение с просьбой забрать ребенка. А на следующий день написала заявление нам, в учреждение соцзащиты, о том, что хочет оставить ребенка, поскольку у нее сложная жизненная ситуация, и она не справляется с воспитанием дочери.

Девочку временно разместили в Центр поддержи семьи и детства. С ней сразу начали работать профильные специалисты. Однако через несколько дней мама обратилась с просьбой отозвать поданное ей ранее заявление. Тогда в учреждении провели консилиум с участием специалистов и самой мамой. Женщина рассказала о многих проблемах, которые есть у ее дочери. На консилиуме было принято решение оставить ребенка в учреждении и продолжить работу.

Позднее был вновь собран консилиум в онлайн-формате. От мамы девочки был представитель, действующий по доверенности. На консилиуме коллегиально было принято решение о том, что нужно выработать навыки общения, наладить отношения в семье, чтобы мама и дочь могли разрешать, а в дальнейшем и предотвращать конфликты. Поэтому было принято решение продолжить работать с девочкой в учреждении.

***

В статье много ложных утверждений о том, в каких условиях проживают ребята в учреждении соцзащиты. Заявления о том, что «можно курить на территории» категорически неверное. Курение на территории учреждения запрещено; на территории ведется видеонаблюдение. Девочки и мальчики живут в разных крылах учреждения. Встречаются и общаются в актовом зале, рядом с ними всегда есть воспитатели.

Сотрудники учреждения заботятся о том, чтобы у ребят не было проблем с учебой. Специалисты не только всячески стимулируют ребят к успехам в школе и образовательных учреждениях, но и помогают делать домашние задания, отслеживают успеваемость подопечных я электронных дневниках.

В статье описываются якобы «сложные» условия и последствия введенного в учреждении карантина. Во время вынужденного эпидемиологической обстановкой установленного режима было организовано дистанционное обучение в двух оборудованных учебных классах, где дети занимались в комфортных условиях. Утверждение «карантин продолжался в приюте почти все лето, дети просидели как в заключении, даже не зная, что ограничения были сняты» — лживое. В учреждении была организована летняя программа. Дети занимались самыми разными активностями, а девочка, о которой говорится в статье, принимала в них активное участие.

Заявление о том, что «как ни старалась мама ее куда-нибудь устроить ничего не вышло, приют и школа препятствовали этому как могли», категорически неверное. Девочка успешно окончила 9 класс и рассказала, что хочет поступить в колледж. Для этого ей нужно было получить недостающие документы, которые находятся у мамы. Сотрудники соцзащиты лично приходили к маме с просьбой передать документы, но женщина не шла на контакт. Подчеркнем, что специалисты неоднократно связывались с мамой, объясняли, что поступление крайне важно для ее ребенка и нужно ей в этом помочь, но мама так и не отдала документы. К сожалению, срок приемной кампании вышел, и девочку не смогли зачислить в образовательное учреждение. Сейчас она продолжает учебу в десятом классе.

В статье недостоверно изложена история о том, что у девочки были порезы и наши сотрудники вызвали маму девочки для того, «чтобы избежать ответственности всё подстроили и оформили так, будто мать сама привезла ее в таком состоянии в приют». По этому вопросу мама девочки обращалась в правоохранительные органы с жалобой на действия наших сотрудников. Однако по результатам проверок нарушений в работе специалистов соцзащиты не было.

Утверждение, что «телефоны отобрали, чтобы сложнее было получить помощь вне приюта и сбежать, а также изолировать от влияния родителей тех, кому это грозило» также категорически неверное. У девочки, о которой говорится в статье, телефон всегда с ней, сотрудники его никогда не отбирали.

«О возможном доступе детей к наркотическим веществам в приюте было сообщено в Следственный комитет» — это действительно так, но правоохранительные органы по итогам проверок не подтвердили данную информацию.

В 1999 году мы с мужем, друзьями и детьми встречали Новый год в Праге. Это была наша первая Европа... Не стану описывать, как нас, молодых и восторженных, захлестнули впечатления от праздничных огонёчков, оленей, ёлок, украшенных улиц - это сейчас не кажется диковиной, а тогда мы словно попали в сказку...
Одно настораживало - нигде не попадалось даже самого замшелого Санта-Клауса. В Москве тогда в каждом уважающем себя ресторане ошивались Дед Мороз и Снегурочка, которые за определённую плату подходили к вашему столику и поздравляли. А тут они как вымерли... Оказалось - потому что Рождество уже прошло, все Санты потеряли актуальность и вернулись в свою Лапландию...
И вот, 31-го декабря в 23:00, когда наряды уже были разложены-развешаны-разглажены, волосы уложены, косички заплетены, макияж нанесён, подарки завернуты, дети вдруг спросили: «А Дедушка Мороз ведь придёт?». Наступил неловкий момент, но мы, мамы, с присущей взрослым занудной логикой, стали объяснять, перебивая друг друга, что, мол, Дед остался в России, а тут его нет, а подарки-то он обязательно передаст. На этом месте дочка поднимает свои огромные глазищи и начинает молча плакать...
И тут мой муж, как в рассказе О. Генри «Персики», надевает куртку и исчезает в ночи... Как он потом рассказывал, хаотично бродил по незнакомому городу, не зная, куда (навигаторов тогда тоже не было),заходил в заведения общепита и спрашивал: «Санта есть?». И - о, чудо! - через полчаса набрел на русский ресторан, где праздновали братки, именуемые за границей «русская мафия» - со всеми атрибутами в виде золотых цепей, «стильных» пиджаков, в окружении мордоворотов-охранников и веселых девушек. А уж там-то присутствовал сортовой отборный двухметровый Дед, который сначала отнекивался («Друг, не могу отлучиться, тут, видишь, какой континент»), но потом согласился за нескромное вознаграждение в 100 долларов США.
Когда стрелки часов приблизились к критичной отметке и я уже начала сходить с ума, к отелю подъехало такси и оттуда вышел сияющий муж.
Мы побросали детей в машину, и поехали на встречу с Дедом Морозом. Он вышел из прокуренного ресторана, величественный и гордый, громовым голосом произнёс: «Ну, и кто у нас знает стишки?». Девочки от волнения сначала не могли ничего вспомнить, но потом на тихой пражской улице зазвучали стихи Агнии Барто и Маршака.
А я ещё смотрела на мужа и думала: «Мой Герой!»

[моё] Дети Родители и дети

Без политики и морали. Зимняя картинка:

В Москве снегопад. Дорожки во дворах засыпаны снегом. Кто-то ждет, пока дворники очистят территорию, кто-то сам берется за лопату.

Вижу как мальчишка лет 10-11 большой лопатой усердно сгребает снег с дорожки. Сопит, старается. Не сразу заметила, что его отец рядом с ним сгребает снег красной детской лопаткой.

В юности бывало загуливался с дворовыми друзьями до глубокой темноты. Мобильных тогда ещё не было. Я искренне удивлялся тому, что родители так переживают и ругают, когда я задерживался где то на часик, ведь ничего не может со мной случиться, думал юный я!

Вчера, сын вовремя не пришел со школы, от которой до дома 15мин ходьбы, на мобильный не отвечал. Прошло уже пару часов как он должен вернуться, но вскоре на звонки мы с женой услышали женский голос, что абонент не доступен .
Дурные мысли в голове, жена в панике
...Наконец вернулся, весь в снегу, заигрался с пацанятами обкидаваясь снежками.

Я вспомнил фразу своего отца, которую он мне говорил когда в юности я делал необдуманные поступки заставляя родителей беспокоиться и переживать.

Отец говорил мне - "МОИ ВНУКИ ТЕБЕ ОТОМСТЯТ!"

Странный случай произошёл в Ленинском районе Нижнего Новгорода. Группа чиновников, в которую входили сотрудники органов опеки и полиции, попыталась попасть в квартиру семьи. Якобы для осмотра условий проживания в рамках судебного запроса. Однако во время разговора представителей власти с присутствовавшим на месте юристом семьи выяснилось, что суд такого запроса не выдавал. В итоге чиновники отказались от требований и ушли. Видеозапись произошедшего была выложена в сеть (на Пикабу в том числе - прим.ТС).

Как координатор общероссийской организации защиты семьи «Родительское Всероссийское Сопротивление» (РВС) по Поволжью я постоянно так или иначе отслеживаю случаи, с которыми сталкиваются наши юристы в регионах. Обратил внимание на очень интересное дело, которым сейчас занимается член Нижегородского отделения РВС, юрист Альбина Волкова.

Сейчас она защищает Инну Родионову, которую через суд пытается лишить родительских прав в отношении пятилетней дочери Управление образования администрации Ленинского района Нижнего Новгорода. После ознакомления с материалами дела и претензиями чиновников могу сказать, что, на мой взгляд, оснований для лишения прав пока нет.


У Инны в 2019 году было выявлено психическое расстройство, однако, во-первых, по закону сам факт его наличия не является основанием для лишения родительских прав, во-вторых, расстройство Инны не относится к серьёзным случаям и не требует принятия каких-то подобных мер (специалисты отметили в заключениях и пояснили в судебном заседании под протокол, что Инна опасности не представляет и никому навредить не может), а в-третьих, чиновники подали иск вообще не по этой причине, претензии у них совершенно иного характера, на мой взгляд, необоснованные. Однако они из кожи вон лезут, пытаясь убедить суд в необходимости принятия нужного им решения. Стоит отметить, достаточно «топорно», так, что можно было бы сказать, что местами становится даже смешно, если бы всё это не оборачивалось трагедией (например, во время одного судебного заседания у матери Инны стало плохо с сердцем).

Подчеркну, что, разбирая сейчас этот случай, прежде всего обращаю внимание не на сам факт процесса по лишению родительских прав (решение будет принимать суд), а на степень соблюдения законов людьми, представляющими власть.

20 ноября 2020 года Альбине Волковой позвонила мать Инны и бабушка ребёнка — Наталья Родионова. Она сообщила, что находилась дома со своей внучкой и в какой-то момент услышала очень громкий стук во входную дверь. За дверью она обнаружила группу людей, в т. ч. представителей правоохранительных органов, которые заявили, что хотят попасть в её квартиру для осмотра и составления акта жилищно-бытовых условий. Люди эти, как охарактеризовала их настрой бабушка: «рвались в бой». Заявили, что у них якобы есть некий судебный запрос, согласно которому требования должны быть исполнены. Забегая вперед, скажу, что бабушка и юрист подозревали, что чиновники могут явиться, но в связи с обстоятельствами, имевшими место во время предварительного судебного заседания, не знали точно, придут они или нет.

Наталья Родионова попросила визитёров подождать до прибытия представителя. Подъехавшая Волкова начала записывать происходящее на смартфон. Предлагаю всем ознакомиться с этой очень интересной записью, являющейся первой частью ролика (повторяться не буду, он по ссылке в исходном посте — прим. ТС).

Как можно видеть, грамотное поведение юриста в итоге обратило «комиссию» в бегство.

Я понимаю, что многие граждане, возможно, уже привыкли к тому, что некоторые чиновники, где бы они ни находились, ведут себя как дома, считая, что любая их прихоть должна быть немедленно удовлетворена. И постоянно обращаю внимание родителей на то, что это, мягко говоря, не так. У действий и требований представителей власти всегда должны быть законные основания, поскольку мы живём в правовом государстве. Возможно, кто-то захочет поиронизировать на этот счёт, но обо всём этом упомянуто в Конституции и федеральных законах.

С точки зрения права мы видим в ролике, что немаленькая группа представителей власти, называющая себя «комиссией», пытается с неясными целями проникнуть в жилище к гражданину. Очень интересен состав этой группы, в который вошли: заместитель главы администрации Ленинского района Линев Александр, начальник местного подразделения по делам несовершеннолетних (ПДН) полиции в звании подполковника Осипов Сергей, начальник отдела опеки Вдовина Ирина, инспектор ПДН отдела полиции № 3 Кузнецова Наталья, консультант отдела опеки и попечительства управления образования администрации Ленинского района города Нижнего Новгорода Мальцева Ольга, специалист отдела опеки и попечительства управления образования администрации Ленинского района города Нижнего Новгорода Горшкова Ирина.

Ну, пришли, хорошо… Наверное, можно было бы и пустить в квартиру хоть бы даже и всем составом, если имеются законные основания. Однако, как можно видеть в ролике, в итоге выясняется, что таких оснований не имеется. Когда Альбина Волкова просит предъявить соответствующий судебный запрос, оказывается, что у пришедших его нет. Представительница опеки заявляет, что суд якобы удовлетворял соответствующее ходатайство и Волкова об этом знает. В действительности суд такого ходатайства не удовлетворял (подробности позже), на что указывает Волкова, сообщая начальнику ПДН Осипову, что его ввели в заблуждение. От себя хочу сразу же отметить, что начальника ПДН это не оправдывает, поскольку он должен был проверить информацию, прежде чем принимать участие в подобном выезде.

Если опустить момент, связанный с ложным заявлением консультанта Мальцевой о существовании судебного запроса, который мог бы подтвердить законность требований осмотра жилья, и в целом взглянуть на ситуацию, она «прекрасна».

Чиновники, которые должны на зубок знать порядок своих действий, прописанный в законах, ведут себя крайне разнузданно. Доходит до того, что представитель опеки командует заместителю главы администрации Линеву: «Представьте нас, пожалуйста», как будто она на банкете (закон предписывает ей представляться самостоятельно).

Линёв в свою очередь пришёл вообще без документов. Возможно, замглавы районной администрации считает, что в таком случае он может обойтись и без них? Начальник отдела ПДН, представитель полиции в звании подполковника, представился только после требования, и при этом отказался назвать причину и законные основания своего визита. А он знает, что обязан это сделать.

Члены так называемой «комиссии» отказались пояснить, что это за комиссия (возможно, по проверке состояния дорожного покрытия?), не предоставили приказа о её составе, положения о полномочиях и целях и т. д., как этого, опять же, требует закон.

В России объявлена эпидемия коронавируса, губернатор Нижегородской области издал указ о режиме повышенной готовности. В рамках действующих карантинных мер введены определённые правила поведения, социального дистанцирования и т. д. При этом мы видим, что в однокомнатную квартиру пытается зайти группа чиновников, которые прекрасно понимают, что тем самым они нарушат все эти санитарные правила. В квартире, между прочим, в этот момент находится ребёнок и его бабушка — пожилой человек, который в соответствии с указом главы региона в связи со сложившейся эпидемиологической ситуацией отправлен на больничный (бабушка работает преподавателем в музыкальной школе).

При всём этом большая часть пришедших не имеет перчаток, заместитель главы администрации всё время разговора держит маску «под носом». Никто из присутствующих не взял с собой тех же бахилов. Представители власти пришли с визитом в дом к людям…

Отдельно ещё хочется сказать о составе группы. Трудно найти разумное объяснение тому, почему он такой широкий. В «комиссию» фактически вошёл весь отдел опеки, к нему присоединились начальник местного ПДН полиции, целый подполковник и его инспектор. Зачем они пришли — непонятно, никаких сигналов о том, что в квартире кому-то что-то угрожает не было. И это всё лишь для того, чтобы произвести осмотр условий проживания матери и ребёнка? Присутствие замглавы администрации района также кажется странным. Участником процесса он не является, какие у него в этом случае вообще были полномочия? В итоге чиновники даже не смогли объяснить, почему они явились именно таким составом.

От себя могу пояснить, что я множество раз на подобных осмотрах присутствовал. Для их проведения вполне достаточно максимум двух человек от опеки согласно норме Семейного кодекса (ст. 78). В крайнем случае (если родители дадут своё на то согласие), визитёров может быть трое, например, представитель опеки, комиссии по делам несовершеннолетних и ПДН.

Как можно видеть в ролике, факт предъявления всех вполне разумных и, подчёркиваю, законных требований и претензий присутствующего юриста вызывает страшное неудовольствие со стороны пришедших. В какой-то момент Альбина Волкова подаёт замглавы администрации района Линёву заявление, которое тот должен был принять в соответствии с законом «Об обращениях граждан» (ч. 1 ст. 2, ч.1, ст. 7, ч. 1, 2 ст. 8) и не принял в нарушении этого же закона (ст. 9, 10). Могу сказать, что в тексте говорилось о нарушении конституционных прав граждан.

Вскоре после этого «комиссия» заявляет, что в квартиру её пустить отказываются, и убегает. При том что перед этим Волкова несколько раз громко проговаривает, что её доверители, в общем-то, по своей доброй воле готовы позволить провести осмотр жилищно-бытовых условий, только не такой большой группе и с соблюдением всех разумных санитарных норм. Однако «комиссии», судя по всему, это было не интересно. Возможно, её интересовало нечто иное? Предложу читателям сделать самостоятельные выводы по поводу того, какие цели стояли перед визитёрами.

Всегда находятся те, кто начинает обвинять нас в том, что мы «буквоедствуем», чуть ли не злоупотребляем правом и, дескать, мешаем работать добросовестным исполнителям. Но я уже семь лет занимаюсь защитой прав родителей и семей и могу с уверенностью сказать, что ни о каком буквоедстве и излишних требованиях тут и речи быть не может. В своей практике я достаточно часто сталкивался с последствиями подобных «налётов эскадронов», в результате которых на свет появлялись документы (те же акты обследования жилищно-бытовых условий), которые потом представлялись в суд в качестве доказательств. В документах этих родители были представлены чуть ли не монстрами, а условия проживания семьи чуть ли не хлевом, несмотря на то, что это даже близко не соответствовало действительности. И пытающиеся доказать свою правоту в суде люди не могли это сделать, поскольку просто терялись в момент «налёта» подобных групп и не контролировали соблюдение процесса составления акта в силу испытываемого психологического дискомфорта. Поэтому при составлении таких документов в соответствии с законом всегда должна выдаваться информация о том, кто именно производит осмотр, зачем, как и на каких основаниях. Это абсолютно нормальные и законные требования.

А что же было в суде? Во время предварительного судебного заседания, которое состоялось 12 ноября 2020 года, представители Управления образования администрации Ленинского района Нижнего Новгорода даже не в рамках ходатайства, а в рамках свободного разговора с судьёй попросили его обязать мать допустить двух представителей от администрации в квартиру. Необходимо отметить, что Гражданско-процессуальный кодекс не содержит норм, а Семейный кодекс РФ — оснований, в соответствии с которыми судья мог бы удовлетворить подобную просьбу чиновников. У суда нет полномочий обязать кого бы то ни было пустить в чей-то дом, если отсутствуют основания, предусмотренные федеральными законами, поскольку неприкосновенность жилища — это конституционное право гражданина. Суд в итоге просто объявил перерыв в судебном заседании до 27 ноября 2020 года. При этом, по словам Волковой, судья в рамках личного разговора предложил матери и её представителю пустить чиновников в квартиру добровольно, сославшись на то, что им же «нечего скрывать». Скрывать, может быть, и нечего, но и желания выполнять незаконные требования у людей тоже нет. В конце концов, им это право дано законом.

Ожидая появления реплик известного характера в духе «всё не просто так», предлагаю всем ознакомиться со второй частью ролика, в которой есть видео, записанные Альбиной Волковой в этот же день, сразу после визита чиновников, в квартире, где проживают Инна и её мать. После просмотра каждый может сделать выводы самостоятельно по поводу того, в каких условиях проживает ребёнок и есть ли для него в этом случае какая-то угроза.

Хочется отметить, что история взаимоотношений бабушки и матери ребёнка с местными чиновниками достаточно давняя. Например, бабушка, имея поистине бойцовский характер и активную гражданскую позицию, является лидером профсоюза. Постоянно борется за права сотрудников, за что её очень уважают. Например, около года назад имела место история, когда коллектив музыкальной школы не допустил смещения Натальи Родионовой с этой профсоюзной должности. Есть у этой истории и другие моменты, которые стоило бы прояснить.

P.S. В момент публикации этой статьи поступила информация, что суд отказал чиновникам в иске по лишению Инны родительских прав.

https://regnum.ru/news/society/3126833.html

@GRimZZZ, как-то так.

(UPD: #comment_186029741)


UPD: Вторая сторона медали


Активисты сообщили корреспонденту, что выйти на улицу в мороз их побудила любовь к животным, которых жестоко мучает и уничтожает некая «девушка, которая есть тварь и живодерка». Живодерство «девушки» заключалось в том, что она находила бездомных собак и кошек и приводила их к себе в дом, расположенный в 100 километрах от Нижнего Новгорода. При этом, как рассказали пикетчики, девушка размещала у себя также и животных, которых ей привозили «разные люди». Протестующие выражали недовольство тем, что девушка брала также и больных животных. Особое недовольство пикетирующих вызвал тот факт, что «эта Инна Родионова» кормила и лечила попавших к ней четвероногих, никак не соотносясь с соображениями собравшихся волонтеров о методах кормления и лечения животных. Участники пикета утверждали, что И. Родионова «морит животных голодом, заражает различными болезнями и сжигает трупы».

Участники пикета говорили о том, что Инна должна лечить и кормить животных «как следует», трупы погибших питомцев — «утилизировать в установленном порядке».

Активисты сообщили, что «неизвестные злоумышленники» осуществили поджог «незаконного приюта, где заживо сгорела половина обитателей, штук сто собак», что случился пожар вскоре после того как Инна отказалась отдать волонтерам своих подопечных. Действия злоумышленников и судьба сгоревших заживо животных остались без комментариев со стороны пикетирующих.

Рассуждая о судьбе выживших после пожара животных, пикетчики сообщили о готовности разместить «у себя по собаке, если Инна отдаст».

Гуманным пикетчики считают стерилизацию бездомных животных, выдерживание в послеоперационном карантине и отпускание их «на улицу, в естественную среду обитания».

Родионова Наталья Борисовна, уволить которую из музыкальной школы призывали пикетирующие, является мамой Инны. Ее вина, по мнению участников акции, заключается в том, что Наталья Борисовна является собственником сгоревшего дома и двух квартир, в которых ее дочь держала подобранных на улице выброшенных животных и «имела возможность повлиять на дочь, но не сделала этого».

Заказ администрации Нижнего Новгорода на работу с бездомными животными в форме отлова, стерилизации, карантина и возврата в естественную среду обитания (единственный метод работы с бездомными животными, рекомендованный ВОЗ) в настоящее время исполняет ООО «Зоозащита НН», собственником которой является Владимир Гройсман.

https://rossaprimavera.ru/news/ccfc64a5

очень ждала эту новость..

"Отец, "выкравший" своих детей из Швеции,  вернулся в Россию

Самолет из Варшавы с семьей Лисовых на борту приземлился в московском аэропорту "Шереметьево". В ближайшее время Денис с дочками планирует отправиться в родной Хабаровск"(с

Целую спецоперацию по отправлению Дениса Лисова и его трех дочерей из Польши провели польские правозащитники. "КП" уже писала про эту семью, где дети - Соня, Серафима и Алиса - фактически стали заложниками в Швеции после того как мама попала в больницу, а отца ограничили в родительских правах. Не долго думая шведские ювенальщики поместили девочек в замещающую семью. Ею оказались мигранты из Ливана. Как отец не пытался вернуть право воспитать собственных дочерей, ему их не отдавали. Тогда Денис просто взял и выкрал девочек и сбежал с ними в Польшу. Однако, тут же вылететь в Москву, как он планировал, не удалось. Всех четверых задержали на границе. Было это еще в марте.

Неожиданно для всех польские власти пошли на беспрецедентный шаг. И несмотря ни на что не стали разделять семью. Хотя из Швеции пришли предписания выдать им Дениса, как опасного преступника, и вернуть девочек обратно ливанцам.

В итоге после долгих судебных разбирательств Денис получил свободу, но вот забрать детей куда-либо и тем более домой в Россию ему было запрещено. Но несмотря ни на что он решил вылететь в Москву.

- Конечно, мы разговаривали предварительно и с комиссаром полиции, и с пограничниками. Просили закрыть глаза буквально на две секунды и дать девочкам проскочить границу, - рассказала "КП" руководитель Европейской правозащитной организации "Дом Европы и Азии". - Но шансов было мало, у детей стоял "стоп" на выезд из Еврозоны. В итоге приняли решение, что оба адвоката Дениса полетят с ними на всякий случай, чтобы не дать разделить семью. А до границы их сопровождал российский консул. Все продумали, что сначала пусть девочки дадут паспорта. В обратном случае отцу потом не дадут выйти в город. Что сказать и как действовать в том или ином случае. Подготовка была серьезная.

В итоге когда пограничник увидел абсолютно чистые паспорта детей - в них не было не виз, ни штампов о пересечении границ (старые документы забрали, Лисовы оформляли новые документы в российском посольстве в Варшаве), то просто не понял, что это такое. Но тут подбежала начальница погранслужбы и забрала семью к себе в кабинет. Там им быстренько все оформили и выпустили из страны.

- Это просто невероятно! Боже, как мы все тут радовались. У меня телефон разрывался просто, кажется вся Польша звонила,- говорит Лилия. - Многие плакали. Конечно, мы будем поддерживать связь и дальше, как там они устроятся? Знаю, что в Москве Денис не собирается задерживаться надолго, хочет скорее домой в Хабаровск. Там и отец и мать жены помогут. Еще есть сестра. Справятся..

Конечно, мы когда прощались, то сказали друг-другу, что с одной стороны тяжелый период кончился, но начинается другой, не менее тяжелый. Девочки пойдут в школу, будут подтягивать русский. Говорят они свободно, но многое успели подзабыть за 1,5 года в шведской, замещающей семье. Думаю, быстро втянутся в учебу. Они очень умненькие. По прилету в Москву Лисовых ждала целая пресс-конференция. За историей семейства уже следила не только вся Европа, но и вся Россия.


ИСТОЧНИК KP.RU  https://www.nnov.kp.ru/daily/27050.1/4116539

В России известна боязнь западной ювенальной юстиции в смысле системы защиты прав несовершеннолетних, подогревающаяся страхами разрушения семьи и конвертации детей в бесконтрольных террористов своих родителей. В Канаде система работает очень жёстко и строго при малейших подозрениях на насилие в семье. Я вижу в такой бескомпромиссности насилию много плюсов, но не все соглашаются с действующими правилами. Сегодня я расскажу как раз о случае, когда человек остался недовольным системой, и, по его убеждению, оказался несправедливо осуждённым. Как всё было на самом деле, я, конечно, не знаю, было бы уместно послушать все стороны, но такой возможности нет, и одну сторону послушать тоже познавательно, во всяком случае, получится представить ход мыслей человека, попавшего в похожие обстоятельства.


Речь идёт об одном из моих канадских знакомых, пусть он будет дальше С. Он приезжий (не из стран бывшего Союза), но уже не первый десяток лет проживает в Канаде, у него несколько детей разного возраста (сыновья и дочери). Недавно он сказал мне, что его осудили за применение физической силы по отношению к своему ребёнку. Я просил его раскрыть подробности, и у нас с ним получился примерно следующий диалог (привожу с его согласия в виде адаптированного перевода):

[моё] Дети Родители и дети

С: Старшая дочь ударила меня по лицу, когда я приехал домой из зарубежной поездки. Потом местная дама из полиции и женщина из Общества Поддержки Детей (Children’s Aid Society) пришли в наш дом, утверждая, что я поднял руку на ребёнка. Сначала дочь сказала, что я её не трогал, наоборот, что она меня ударила, но потом переговорила с моей женой и этими женщинами, и начала утверждать, что я всё-таки её ударил. Хотя потом заключение врача показало, что свидетельств побоев на теле дочери нет.

Я: Почему твоя жена сказала, что ты кого-то ударил?

С: Потому что моя жена меня ненавидит, ей не нравится находиться в Канаде. Ей промыли мозги, что она должна развестись и уехать. У неё проблемы на фоне того, что она сидит дома с детьми, а я куда-то уезжаю и приезжаю.

Я: Тебе предоставляли адвоката?

С: Да, был бесплатный адвокат, но они работали в связке с женщиной из полиции. Адвокат мне заявил, что я виновен, и что у него такие же дела раньше уже проигрывались.

Я: Почему адвокат считал тебя виновным?

С: Он просто работал с полицией, им хотелось быстрее закрыть дело, вот и всё. Их устраивало, что я получу 1 год условно, и, кстати, отметку в общедоступное криминальное досье на 3 года, а после этого запись всегда будет выводиться в органах в моём профиле в Канаде и США.

Я: Давай по порядку, я не понял, почему твоя дочь тебя ударила?

С: Потому что я у неё спросил, “где ты была ночью”, она ответила “не дома”, я ей сказал, “я не понял, где ты была”, и тогда она меня ударила несколько раз в лицо, а потом ещё и поцарапала мне грудь до крови. Тогда я отпихнул её ногой, она задела локтем холодильник. Так получилось, я был сам не рад. Она отправилась в больницу, а потом поговорила с полицией. Потом я с ними поговорил, потом моя другая дочь им рассказала тоже самое, у всех у нас была одинаковая история. Но на следующий день старшая дочь изменила версию, она сказала полиции, что я её ударил, и полиция меня сразу арестовала. Они сначала посадили меня в изолятор, за 235 км отсюда, никому не было никакого дела, потом дали мне адвоката, которому не было до меня никакого дела. Я оставался за решёткой 8 дней, пока ребята в изоляторе не подсказали мне, по какому телефону позвонить в общество защиты, я позвонил туда, и они меня вытащили. А дальше я примерно год дожидался судебного решения, мне было запрещено подходить к дому. Жена хлебнула то, что заслуживала, ей целый год пришлось в одиночку заниматься детьми. Теперь я могу вернуться и позаботиться о детях. Жена может идти куда хочет, или может оставаться, если желает. Мы общаемся со старшей дочерью, но ей придётся теперь жить с этим, пусть осознает свою ошибку. С младшей дочерью всё хорошо. Я ясно дал понять всем женщинам, что они поступили неправильно, и что могли это всё остановить. Мне бы хотелось теперь сфокусироваться на воспитании сыновей.

Я: Почему твоя дочь так резко отреагировала на вопрос о том, где она была?

С: Потому что моя жена ей постоянно твердила, как она меня терпеть не может, не хочет со мной находиться, и так далее. В Канаде тут постоянно эти феминистические настроения, мол, мужики плохие, отсюда 60% разводов. Так что моя жена всё это внушила старшей дочери.

Я: Всё равно непонятно, зачем дочери было на тебя накидываться, должна была быть непосредственная причина перед этим.

С: Да всё постепенно нарастало, я ей ещё выговорил, чтобы она ночью не включала свет, остальные дети проснулись. Я выключил свет, она уже начала заводиться и включила его обратно, я снова выключил и закрыл рубильник руками, тогда она совсем обозлилась и накинулась на мою рубашку. И до этого тоже что-то похожее бывало.

Я: Как получилось, что тебя сочли виновным в такой ситуации, ведь звучит достаточно неоднозначно?

С: Я признал себя виновным.

Я: Ты признал себя виновным?! Как так?

С: Адвокат мне посоветовал признать себя виновным. Всем было плевать на меня.

Я: Но если ты сам признал себя виновным, каким образом судья и остальные смогли бы понять, что ты не считаешь себя виновным?

С: Все и без того понимали, что я невиновен, даже прокурорша не верила в эту историю, а судья говорила что-то вроде того, что общественное мнение будет не на моей стороне, и что я примерный гражданин, спасибо мол, что не подставил семью, всё такое, адвокат понимал, что я невиновен, в полиции знали, все всё знали. У них же даже были показания моей дочери в архиве, первые показания, до того, как она их поменяла.

Я: Юрист и полиция не принимают решение, кто виновен, а кто невиновен. Если ты признал себя виновным, то каким образом судья должна была узнать, что ты невиновен, я не понимаю.

С: Судья должна читать все материалы дела, включая первые показания дочери.

Я: Всё равно не понимаю, если ты хочешь, чтобы тебя признали невиновным, зачем ты говоришь судье, что виновен?

С: Есть вариант признать себя виновным, есть вариант не признавать. Прокурор говорит, мы тебя посадим на реальный срок, но если ты не будешь выёживаться, а будешь сотрудничать, то получишь 1 год условно. Адвокат тебе говорит, ну смотри, если они докажут что-то, то ты пойдёшь в тюрягу блаблабла, но если ты начнёшь качать права, то я всё равно проиграю, ты отправишься в тюрьму, так что соглашайся, что виновен. Понимаешь?

Я: Получается, это твой выбор, признать себя виновным. Ты же понимаешь, что когда признаёшь себя виновным, то говоришь каждому, что ты виновен, да? Если ты признаёшь себя виновным, то не стоит удивляться, что тебя в итоге признали виновным, ведь в этом вся суть твоего признания.

[моё] Дети Родители и дети

Скриншот из нашей переписки на фейсбуке для подтверждения диалога. Кое-что я сокращал, чтобы структура изложения была стройной.


С: Да, я понимаю, что это значит, но большинство людей осознаёт, что ты признаёшь себя виновным просто потому, что тебе так советует адвокат или потому, что твоей семье что-то угрожает. Люди всё прекрасно знают, это же постоянно происходит. К примеру, меня недавно остановил коп на дороге, посмотрел на мой профиль в системе и очень мне сочувствовал.

Я: Всё равно, мне кажется, есть простое правило: если ты невиновен, не соглашайся, что ты виновен, в противном случае получается, что это ложь, а ложь принесёт больше вреда, чем допущение, что засудят, допустим, твою жену. Я не понимаю, почему нужно лгать, чтобы прикрыть кого-то, кто специально лжёт, чтобы тебя признали виновным. Мне просто трудно это понять.

С: Потому что они играют с тобой в такую игру, ты понимаешь в этот момент, что твоей семье что-то угрожает. Клерк мне сказал, что это ошибка системы, социальный работник признался, это шах и мат. Ты признаёшь себя виновным — тебя освобождают, ты борешься — ты проигрываешь, садишься в тюрьму, а твоя семья идёт под суд.

Я: Почему семья идёт под суд?


С: Такая игра. Потому что они пишут, что “дочь тебя обвиняет, и мы будем её судить”, но ты можешь этого избежать, если скажешь, “ок, я виновен, признаю, отстаньте от неё”.

Я: Может быть, не так уж плохо оказаться под судом в этом случае, если это естественные последствия лжи?

С: Знаешь, что они мне сказали? Они сказали, что если я её на самом деле не трогал, а она на меня набросилась, её будут судить за дачу ложных показаний. А ей почти 18 лет уже. Видишь, как они играют ситуацией?

Я: То есть, ты не хотел, чтобы у твоей дочери было криминальное дело за плечами, и поэтому решил признать вину?

С: Именно так. Функционеры плохие люди, ужасные, завистливые и злобные.


Добавлю, что суд запретил С. приближаться к дочери в течение года, и С. решил воспользоваться появившимся временем, сменить профессию на более перспективную, поэтому пошёл учиться в колледж на двухлетнюю программу, с возможностью добрать дополнительный год для расширенного диплома. Он уже отучился полтора года и видит больше перспектив в новой специальности, по сравнению с тем, чем занимался раньше. Я рад, что он нашёл в себе силы развиваться дальше и не стал зацикливаться на прошлом опыте, это важно для реадаптации безотносительно точности изложенной версии событий.


Содержание заметок про Канаду собираю на отдельной странице.

В процессе составления протокола об изьятие детей она попросила предьявить документы. Социальный работник обьявляет ,,Я не обязана вам предьявлять документы,,

Мама отвечает,, Я вообще обязана вас не пустить за порог без документов,,

В комнату вваливаются семь тёток и уговаривают детей поехать с ними в приют.

Мама вмешивается и отвечает : ,,Наши дети посещают кружки, ходили в школу.Все у них есть. Что еще надо,,

Вмешивается соц работник,,Вы понимаете, что у вас нет дров и вы нарушаете закон,,

Мама : ,, Фамилию свою назовите,,В ответ молчание.

Дети - подростки не хотят никуда ехать. На них сотрудник оказывает психологическое давление : ,,Если будете распускать руки и ноги, то сотрудники опеки зафиксируют побои, а это уже статья,если не поедете по хорошему, то родителей лишать родительских прав,,( на 7 - ой мин).

Завязалась драка. Их скручивают, пытаются вытащить, они отмахиваются и пинаются.Старший заступается за младшего и за себя. Дети себя отстояли. Опека пытается маму пристыдить за поведение её детей.

Мама опять спрашивает,,Вы скажете кто нибудь как ваши фамилии, у кого нибудь есть удостоверение,,

В ответ: ,,Мы ничего вам не обязаны показывать,,

Опека :,,Вы бы лучше своим детям дали хорошее образование,,

Мама,, Я мать и без ваших советов обойдусь,,

Опека,, Мы хотим создать более благоприятные условия для ваших детей.Вы с нами не хотите поехать,,

Мать : ,,Этот трюк знаком.Нет, что я там забыла.

Вы уже пытались создать благоприятные условия для наших детей, когда не было дров.

Спасибо большое, мне соседи рассказали как вы ходили к ним и просили написать, что мы детей бьем табуреткой по голове,,

Опека ; ,,Друзья говорят, что мальчиков бьют,,

Мама : ,,Назовите имена и фамилии друзей. Мне нужна конкретика,,

Опека; Прекратите снимать нас на видео,,

Мама ,,Видео отправлю в генеральную прокуратуру,,

Опека : ,,Да ради Бога, хоть Путину, а он переадресует нам,,( Улыбаются ).

Опять завязалась драка, ювеналы пытаются подростков стащить с кровати. Старший заступается за себя и за младшего. Бьет ногами и руками.

Опека садиться и уговаривает по - хорошему : ,, сможете навещать маму в выходные дома.Если мама приведет квартиру в порядок, то вернётесь домой.,,

Дети уговаривают оставить их с мамой дома.

Опека ; ,,Там вы будете учиться,,

Мама: Это вы и не даёте нам право учиться,,

Опека,, А мы не даём, потому что по решению суда надо привести квартиру в порядок, а детей забрать,,

Мама ; ,,Продукты у нас есть. Помогите с дровами,,

Опека ; ,,Мы женщины, и не можем справиться с подростками, но вы хотите, что бы за детьми вскоре пришли соц работники мужчины,,


от себя. Важные слова выделил болдом. А теперь открываем уголовный кодекс и самым внимательным образом читаем статью 206 УК РФ:

УК РФ Статья 206. Захват заложника

1. Захват или удержание лица (двоих детей) в качестве заложника, совершенные в целях понуждения государства, организации или гражданина (матери) совершить какое-либо действие (привести квартиру в порядок) или воздержаться от совершения какого-либо действия как условия освобождения заложника(двоих детей), - и далее по тексту.


Ясен хрен, никто из прокуроров не возбудит уголовное дело против этих сотрудников, но от этого статья 206 УК РФ из обращения не пропадет.


upd. Как это должно быть организовано правильно с лично моей точки зрения?

Вообще по этому делу государство всегда должно помогать и я сторонник безусловного дохода. Но может сложиться ситуация, когда детей с родителям держать нельзя в силу их опасности. Возможность отправления в детдом должен быть только и только если:

1. Против родителей возбуждено уголовное дело, к примеру, по ст.156 УК РФ "Неисполнение родительских обязанностей"

2. Оба родителя (один - если родитель один) заключены в СИЗО до суда.

3. а) Отсутствуют родственники-опекуны, готовые взять детей к себе;

б) Либо опекуны есть, но дети несогласны к ним переезжать.

Только и только при таких обстоятельствах морально правильно отправлять детей в детдом.