Было мне 10-11, я уже была вполне подготовленной по теоретическо-медицинской части процесса размножения, а вот само волнующее действо было скрыто завесой тайны. В нашем доме было неприлично даже целоваться и смотреть на поцелуи, однако, у мамы на полке я нашла кучу любовных романов.

Наконец-то моему воображению стало где развернуться, я с упоением читала, как "Джейн окунулась а сапфировые воды его глаз", а "сильные руки Патрика смело сжали бедра девушки".

К тому времени я уже была матерым писателем ручкой по бумаге, и, вдохновившись сексуальным чтивом, принялась писать своё.

Написала я любовный роман, и был он такой, ну.. Любовный и романистый. По крайней мере, у меня сердце ухало от осознания собственной распущенности. Писать такие вещи? Что вы, что вы, это неприлично.

В этот момент родственница с Украины жила у нас уже где-то полгода. Просто ради прикола она спросила, а не творю ли я чего.

Я разумеется была смущена интересом, но в то же время горда собой. Это ж целый нихрена себе любовный роман.

Я и отвечаю: "Да".
И говорит она мне: "А почитай".
"Она ж не мама, - думаю, - не будет истерить по поводу падения нравов и все такое прочее". Я и почитала, краснея и заикаясь.

Скажу честно, она даже не ржала, просто успокоительно похлопала меня по макушке, обидно, но совсем немного, и пошла по своим делам. Я же подумала, что это конец писательской карьеры, больше ничего не создам и прочее прочее.

Спустя много лет я нашла этот опус в старой тетрадке по физике. Очень удивилась и решила почитать.

Моя прелесть, мой шедевр эротической литературы, полный бесстыдства и разврата оказался на деле десятью абзацами о том, как героиня два раза падает с каблуков и ее поднимает мужик, а в конце они целуются.