Однажды в аэропорту

...Ноябрь 2006 года. Я, двадцатисемилетний, всего месяц работаю командиром воздушного судна. Выполняю рейс из Москвы в Германию, во Франкфурт-на-Майне. Туда мы слетали без происшествий, а прилетев в районе 20:00 обратно, обнаружили, что погода в Домодедово не позволяет нам выполнить посадку. В те годы высота нижнего края облачности еще считалась минимумом захода на посадку, метеорологи намерили пятьдесят метров, а мне, молодому командиру, дозволялся заход лишь тогда, когда облачность была не ниже шестидесяти метров.


И на полосе стоял туман, видимость отчаянно падала.


А ведь с утра ничто не предвещало густого вечернего тумана. Даже синоптики, обычно страхующиеся, не высказывали волнений. Из Москвы мы улетали при ясной погоде и отличном прогнозе... Но вечером туман опустился быстро и наглухо


* * *


Делать нечего, полетели на запасной аэродром, во Внуково. Он рядом, буквально за углом. Надо сказать, это был мой первый уход на запасной на Боинге 737, на котором я начал летать вторым пилотом за год с небольшим до этого полета. А до боингов несколько уходов на запасной у меня случились на Ту-154. И, конечно же, это был первый уход в качестве командира.


В общем, опыта было немного.


Прилетаем во Внуково, заходим на посадку... и вдруг, после начала снижения на предпосадочной прямой диспетчер сообщает, что погода ниже минимума для посадки - видимость огней на полосе четыреста метров. А мне нужны пятьсот пятьдесят. Прекращаем заход, уходим на второй круг с мыслью лететь в Нижний Новгород или даже Казань - благо, топливо позволяет. Однако, не успели мы выполнить разворот, как диспетчер сообщил, что погода строго по минимуму - как моему, так и полосы - 60 метров нижний край облачности, видимость по огням 550 метров.


Замечу, что дело было уже по темноте, в которой видимость огней высокой интенсивности всегда лучше, чем просто объектов. То есть, при переданной видимости по огням в пятьсот метров, обычные предметы можно различить метров со ста-двухсот.


Решение?


Топлива хватает, решаю выполнить еще один заход в надежде, что диспетчер не изменит погоду. Нам повезло, погода не изменилась, самолет успешно выполнил автоматическую посадку - мою первую "живую" посадку в автомате в качестве командира, мы затормозились...


И далее начались приключения.


* * *


Аэропорт накрыло. Туман был очень плотным - яркие боковые огни ВПП уже через пару сотен метров становились едва различимы и терялись в тумане. Я впервые во Внуково, мне здесь ничего неизвестно, надежда на коллег - второго пилота, Валеру, до Боингов летавшего командиров на Ту-154 и Сергея, инструктора, сидящего сзади - по тогдашним правилам он давал мне "провозку" во Франкфурт. Валера так-то из Новосибирска, но Сергей - чистый внуковец. Помог сильно.


Диспетчер выдал забавное указание: "Рулите по полосе, освобождайте на нерабочую (во Внуково две полосы пересекают друг друга, и одна тогда была на ремонте) но будьте осторожны - там Ту-154 стоит, повнимательнее!"


Осторожно качусь по полосе, дочапал до перекрестка, определив его по разрыву боковых огней полосы. Повернул, и о-очень медленно покатил дальше, высматривая засаду в виде "полтинника". Ни черта не видно - синие огонечки боковых огней нерабочей полосы начинают утыкаться в туман метрах в двухстах впереди.


И вдруг в тумане нарисовался силуэт. Плавно останавливаюсь, приехали, будем ночевать здесь - назовем это "стоянкой в чистом поле".

Однажды в аэропорту

А выключить двигатели мы не можем - в том рейсе у нас не работала вспомогательная силовая установка (ВСУ), и если выключить оба двигателя, то не будет источника электричества и теплого воздуха в самолете. На дворе ночь и почти зима. Темно и холодно.


Выключил левый двигатель, правый остался работать, обеспечивая самолет током и теплом.


Через некоторой время позади стали присоседиваться и другие самолеты. Апокалипсис набирал обороты. Это был мой первый московский погодный кризис - тогда я еще не знал, что оные в столичном регионе случаются регулярно и от времени года зависят мало.


* * *


Молотили одним двигателем около двух часов, взывая по радио к совести работников аэропорта, у которых "таких как мы" было "уже больше десятка". Ждите, мол, не паникуйте! Ищем совесть, ищем!


Наконец, оная у работников нашлась и нам прислали наземный источник электропитания. Подключили его к бортовой сети и выключили правый двигатель. Одной заботой стало меньше - молотить двигателем в тумане, зная, что сзади и спереди стоят самолеты и, возможно, ходят люди, весьма неуютно.


И снова ожидание, мольбы и уговоры... еще пару часов просидели в выхолаживающемся самолете вместе с пассажирами, так как аэропорту было конкретно не до нас. Мы просили прислать автобус, чтобы увезти хотя бы пассажиров, нам отвечали "ждите".

Однажды в аэропорту

Ждем. Мимо проезжают автобусы, мы, чуть ли не под колеса бросаясь, их останавливаем, ругаемся, но водители отказываются брать наших пассажиров - мол им было дано указание забирать тех, кто прилетел во Внуково как в аэропорт назначения.


Тем, кто прилетел сюда на запасной - шиш!


В нашем самолете летело более двадцати пилотов нашей авиакомпании - боингисты возвращались с тренажеров, которые тогда во Франкфурте проходили, пилоты Ту-154 летели из Германии в Москву пассажирами, выполнив рейс во Франкфурт откуда-то из регионов. Когда стало совсем невмоготу, после экстренного совещания большинство коллег приняло решение зажать "айдишки" (то есть, пропуск) в руках и /огородами уходить через перрон/ искать выход.


Ушли.


Мы и остальные пассажиры остались.

Вспомнилась трагическая история. В 1997-м году, в метель и буран, водитель грейдера, очищавшего от снега внуковский перрон, не заметил идущих по нему бортпроводниц Ту-154 Барнаульского авиапредприятия...

Хорошо, что у нас была "пятисотка" (Боинг 737-500), где всего 104 кресла, и добрую часть пассажиров составляли ушедшие пилоты. Оставшаяся часть шумела, но все же была достаточно адекватной - не видеть, что мы делаем все возможное, было невозможно! Но, увы, старания наши были безуспешны.


Мерзли вместе.

Однажды в аэропорту

Наконец, уже за полночь, мы смогли отправить пассажиров в вокзал и сами прибыли в комнату для брифинга в ожидании дальнейших указаний. Указания были простыми - договора с гостиницей нет, попробуйте улететь или дожидайтесь, пока прибудет экипаж, улетите с ними.


Отправили проводников по домам. Сергей тоже уехал.


Началась третья серия. Погода постепенно улучшается - подходит для взлета по крайней мере. Однако, нам открытым текстом говорят, что "мы не знаем, когда вы улетите". И не верить им нет оснований - ведь сначала надо растолкать все борты, что встали цепью на нерабочей полосе, обеспечить место для руления. Ну а потом ждать своей очереди на заправку.


Через некоторое время я поехал на самолет контролировать процесс "распихивания". Продрог до костей, но не обращаю на это особого внимания (молодой был, глупый). Ожидаемо, порядка никакого - по перрону таскается пара буксиров, за ними гоняются командиры, каждый из которых пытается привести наилучшие аргументы, что именно их самолет надо в первую очередь затолкать на край полосы для заправки. Деваться некуда, я тоже включаюсь в гонку.


Наконец, распихивание лайнеров закончилось, но соревнование "а ну-ка, командир!" лишь набирало обороты - началась беготня за заправщиком. Не успеешь заправиться - он отдаст топливо другим и уедет на дозаправку сам, а ты жди.


На все про все уходит несколько часов... Я прекрасно понимаю, что мне лететь не светит - мое рабочее время уже давно закончилось. Я делаю все возможное, чтобы организовать вылет экипажу, который должен будет перегнать самолет в Домодедово.


Я получаю информацию, что парни к нам выехали... но везущая их "Газель" на полпути сломалась.


* * *


Во Внуково мы с Валерой провели почти двенадцать часов. В итоге, улетели мы в Домодедово пассажирами на эрбасике нашей авиакомпании, который тоже сел на запасной на час позже нас. Это был самый короткий полет в моей жизни - взлетели, убрали шасси, пролетели немного, шасси выпустили, сели. Уже утро, но туман окончательно так и не рассеялся.


Опыт постигался семимильными шагами...

Однажды в аэропорту

Внуково с тех мне представляется самым неорганизованным аэропортом в Москве. По крайней мере для пилотов. Конечно же, любой уход на запасной доставляет проблем, но одно дело уйти в Барнаул из Новосибирска, где кроме тебя на перроне еще будут один, ну два самолета, и другое дело - уйти куда угодно из аэропорта московского аэроузла. Уж очень интенсивное движение над Москвой, и если один аэропорт закрывается, то во всех близлежащих тут же образуются "пробки".


После того случая я решил, что десять раз подумаю, прежде чем уйти во Внуково на запасной и за все последующие годы работы не уходил туда ни разу. Уходил в другие аэропорты - в Нижний тройку раз, в Шереметьево дважды, было непросто, но все равно не так бардачно.


Опыт, опыт, опыт...


Спасибо за внимание!


Летайте безопасно!


Яндекс.Дзен канал "Небесные истории"